Читаем Мир-Земле полностью

Итак, первая попытка кончилась ничем.

Как пишет Регюлюс, после этой неудачи у него едва не опустились руки. Нет, он ни на секунду не сомневался, что за ширмой "специального подразделения" кроется нечто чудовищное и ужасающее в своей огромности. Сомневался он лишь в своих возможностях, в том, что его слабых сил достанет, чтобы проникнуть в самую сердцевину жуткой тайны. Нигде не находилось самой незначительной зацепки, самого ничтожного намека, за который можно было бы зацепиться, положить его в основу хотя бы самой шаткой и неправдоподобной гипотезы. Куда бы ни обращал Регюлюс свои недоуменные вопросы, всякий раз они повисали в воздухе, оставаясь гласом вопиющего в пустыне.

По слабости своей он уже был готов бросить начатые поиски, когда пришло первое "открытие". Собственно, это было даже не открытие, а скорее озарение, догадка. Очень вольное, даже фантастическое, но в конце концов оказавшееся верным истолкование газетной заметки.

Заметка была напечатана в газетке "Старз энд страйпс", которую в ту пору издавали американские оккупационные власти. Она-то и оказалась первым проблеском надежды.

Вот что там было напечатано:

"По словам экипажа аргентинского катера "Мария Долорес III", прибывшего из Байа Бланка с Мальвинских островов, им в океане встретилось "чудовище величиной с гору". Это случилось незадолго до захода солнца. Чудовище неподвижно лежало на воде и, по-видимому, спало. Моряки в один голос свидетельствуют: "У чудовища было три или четыре головы и огромные усы-антенны наподобие тех, которыми обладают некоторые насекомые. Усы направлены вверх и постоянно шевелятся, точно ищут чего-то в небе". У чудовища был настолько устрашающий вид, что катер "Мария Долорес" на всех парах поспешил прочь. Сгустившиеся сумерки скрыли чудовище из глаз".

Через несколько дней Регюлюс наткнулся еще на одну любопытную заметку. Пилот самолета, совершавшего рейс из Северной Африки в Буэнос-Айрес, якобы видел посреди океана небольшой остров явно вулканического происхождения. Пилот точно указал его координаты. Судя по всему, извержение вулкана еще продолжалось, так что островок был окутан облаком вулканических паров и газов. Меж тем всем отлично известно, что в этой части океана никаких островов нет и никогда не было.

Регюлюса кольнула догадка. Ну конечно, конечно… Никакое это не морское чудовище. Да и откуда ему взяться в наше время? Это то… то самое. Морское чудовище, вулканический остров — это одно, одно! Гигантский, невиданных размеров корабль!

Разумеется, никаких доказательств у Регюлюса нет, все это, скорее всего, плод его воображения. К тому же выдумать могли и моряки, и летчик, и, главное, репортеры. Кто-кто, а они на выдумки горазды.

И все-таки Регюлюс верил. Вопреки всем доводам рассудка. Верил в свое прозрение, в свою выдумку. "Специальное подразделение 9000" — это не что иное, как громадных размеров судно. В большом секрете его спроектировали и в строжайшей тайне построили на скрытой от посторонних глаз верфи. На нем установлены смертоносные орудия такой разрушительной силы, что и представить немыслимо. Один-два выстрела — и посрамленные неприятельские армады идут ко дну, как бумажные кораблики. Может, "усы" невиданного гиганта — это и есть орудия? Тоже гигантские, тоже невиданные? Вполне возможно… Регюлюс живо увидел перед собой, как они вертятся во все стороны, жадно и настороженно оглядывают, "обнюхивают", ощупывают пространство. Когда они тянутся вверх, то похожи на заводские трубы предприятий "Ледерер штальверке" на окраине его родного Любека. Да нет, чепуха все это! Никакие это не орудия! Подумаешь, пушки! Кого в наше время пушками напугаешь? Теперь подавай что-нибудь поновее, помощнее! Скорее всего там, на корабле, имеется совсем особая установка. А то стали бы его держать за семью замками! Наверняка суперустановка, испускающая недавно открытые сверхсмертоносные лучи. А может, снаряды. Но не простые, а тоже новейшие, недавно созданные. И тоже, понятно, сверхсмертоносные. В голове Регюлюса все перемешалось. Мысли скакали, не в силах ни на чем задержаться.

Когда-то, в стародавние времена, они, еще желторотые кадетики, мечтали о таких снарядах. Совсем молоденькие были, мальчишки… Жизнь в училище нелегкая-строевая подготовка, марш-броски с полной выкладкой, аудиторные занятия… А после отбоя, бывало, ляжешь — холодно, жестко, не согреться толком. Лежишь, мечтаешь. О подвигах, о славе. И о невиданном мощном оружии. Молодость…

Регюлюс с усилием отогнал от себя воспоминания. Значит, вероятно, дело обстоит так. Корабль строили, но вовремя достроить не успели. А когда достроили, война кончилась. Разом на всех фронтах. На суше, и на море, и в воздухе в одночасье смолкли выстрелы. Смолкли оттого, что воевать стало некому. От Великой Германии остались пепел да руины. Ни славы, ни силы, ни воли к победе. Ничего.