Читаем Мир внизу полностью

Здесь тоже поселился этот едва ощутимый запах антисептика. Казалось, им было пропитано все, от гладкого пола и зеркальных потолков до каких-то табличек с ирриданскими каракулями, висевших вдоль стены у каждой круглой двери на пути. Если по этому запаху действительно можно было судить о начиненности помещения суперматерией, – спасибо, ящерицы, за такую подсказку.

Из коридора я вышла на лестничный пролет. Вспоминая высоту здания, где я находилась, относительно высоток по соседству, я заключила, что путь вниз будет долгим. По очевидным причинам лифт искать не стала.

На пролете антисептиком и не пахло. Здесь было пыльно и очень душно, стены и ведущие вниз сотни ступеней представляли собой голый бетон, перила – старый, местами тронутый коррозией металл. Видимо, обычной лестницей здесь пользовались настолько редко, что с оснащением пролета суперматерией решили не заморачиваться. Полустершейся краской на стене было нарисовано число 71. Семьдесят первый этаж? Лестница уходила и наверх, но у меня не возникло желания подняться, чтобы утолить глупое любопытство и посчитать, сколько всего этажей в этой высотке.

Я старалась не думать о том, что ждало внизу, и пока мне это удавалось. Куда удивительнее было то, насколько хладнокровно я воспринимала все происходящее со мной. С самого начала моего пути на Земле панические атаки не беспокоили меня, хотя поводов для паники здесь было ощутимо больше, чем на станции. Отчасти, это было забавно. В безопасности Четвертой эмоционально я порой чувствовала себя загнанной в разгерметизированный отсек, а в городе врага, где каждая ошибка могла повлечь ужасные последствия, по какой-то причине я была… просто человеком, решающим свои проблемы по мере поступления. Без желания опустить руки. Без сомнений.

Через десяток этажей спуска я уперлась в бетонную стену, перекрывавшую остальную часть лестничного пролета. Грязно (но очень тихо) выругавшись, я уставилась на дверь, ведущую к помещениям этого этажа. Там должен быть путь на еще одну лестницу. У ящериц же ломаются лифты? Им же надо в таком случае как-то спускаться? Или… я похолодела, вспомнив вертикальные парковки на внешних стенах зданий. Может, в случаях поломки лифтов ящерицы пользуются летающими машинами вместо лестниц? А что – автономно от систем здания, быстро, да и все машины разом никогда не ломаются.

Опечаленная предположением, что второй лестницы в здании может не обнаружиться, я все-таки решила рискнуть.

Надеюсь, этот этаж окажется таким же пустынным.

Я приоткрыла дверь наполовину и почти полностью высунулась из-за нее сама, когда в коридоре появились ящеры. Сердце ухнуло вниз, и я, особо не подумав, шмыгнула обратно за дверь, чиркнув мягким ботинком по полу. К счастью, они были позарез заняты, чтобы обращать внимание на этот приглушенный звук, да и приоткрытая дверь на лестничный пролет их не обеспокоила.

Они вели пленного.

Я услышала это, уже спрятавшись за дверью, как за щитом, – тихое переругивание охранников, шаркающие, тяжелые шаги физически вымотанного человека, звук жестокого пинка и следующий за этим слабый стон.

Лиам?

Я нервно прикусила ноготь, пытаясь сообразить, что же мне делать, если это действительно окажется он. К счастью, пленный в этот момент что-то сказал, и от сердца у меня отлегло. Это не был голос Лиама, да и вряд ли Лиам так владел ирриданским. Ящеры тащили одного из своих.

Я замерла, прислушиваясь к происходящему. Услышала легкий звук раскрывающихся панелей круглой двери и точно такой же, сопутствующий смыканию автоматических створок за вошедшими. Услышала приглушенные стеной голоса стражей – агрессивные и злые.

Прошло еще несколько минут, прежде чем я решилась высунуться и продолжать путь. Выбора у меня не было.

Часть стены отсутствовала, отделенная от коридора толстым слоем стекла. За ним располагалась длинная узкая комната, практически пустая, не считая стола и пары стульев в центре. За этим столом сидел, ссутулившись, ящер – вероятно, тот самый, которого только что приволокли охранники. Его руки были вмурованы в поверхность столешницы – очередное практичное решение в использовании суперматерии.

Ящер выглядел неважно – впрочем, на мой вкус все ящерицы были омерзительны и по умолчанию. Выгнутая, почти плоская переносица была рассечена; под одной из ноздрей застыла черная кровь. Один его глаз был закрыт, кожа вокруг напухла и сменила цвет с обычного бледно-зеленого на ядовитый, насыщенный бирюзовый; видимо, так у ящериц выглядели кровоподтеки. А второй его глаз… смотрел на меня.

Прежде чем я успела среагировать и спрятаться, ящер кивнул на какую-то дверь позади себя, а затем, не отрывая от меня взгляда, медленно покачал головой. Это выглядело как… предупреждение. Странно, но даже с учетом всего того, что связывало ящериц и людей на Земле, в этот момент я не представляла, как иначе можно истолковать этот жест.

Он пытается сказать, что его конвоиры сейчас там, за этой дверью.