Читаем Мир трех нулей полностью

За прошедшее после нашей встречи время Анн Идальго предприняла ряд важных шагов для достижения этой цели. В частности, она предложила парижской молодежи организовать и провести конкурс проектов социального бизнеса, который призван решить стоящие перед городом проблемы. Кроме того, Идальго является председателем С40 – ассоциа­ции мировых мегаполисов, взявших на себя обязательство бороться с изменениями климата. На сегодняшний день в этот альянс входят девяносто городов с общей численностью населения более 600 миллионов человек.

По опыту моих встреч с мэром Парижа я не могу сказать, что политические лидеры не прислушиваются к молодежи, ее требованиям об осуществлении экономических и социальных перемен. Некоторые определенно прислушиваются.

Партнерство поколений: создаем новый мир вместе

Я с огромным энтузиазмом оцениваю потенциал молодых людей всего мира, готовых помочь осуществить трансформацию мировой экономики. Но, конечно, это не означает, что в проекте нет места для таких пожилых людей, как я. На самом деле, я вижу в альянсе поколений удивительный потенциал. Молодежь и люди зрелого возраста могут объединить усилия, чтобы создать новую цивилизацию, которая будет служить всему человечеству.

Сейчас мне идет восьмой десяток, и меня часто спрашивают, как я отношусь к глобальной тенденции старения населения. Обычно его формулируют как серьезную экономическую и социальную проблему: раз люди живут дольше, появляется необходимость заботиться о растущем количестве пожилых. Готово ли общество к этому?

Недавно в Германии я взял на телевидении интервью у пожилых людей и поговорил с ними об их жизни о проблеме старения. Я был очень удивлен, когда в студию привели двух дам в возрасте старше 100 лет. Одной из них – я буду называть ее Хельга – было 105 лет. Хельга рассказала истории из своей жизни, включая времена, когда она боролась против Адольфа Гитлера. Будучи одним руководителей Коммунистической партии, она много раз попадала за решетку, однажды в тюрьме ее чуть не убили, но ей удалось бежать.

Хельга прекрасно помнила каждую деталь из своего прошлого, вплоть до конкретных людей, мест и дат. В какой-то момент, когда я сказал, что ей надо бы написать книгу, она ответила: «Молодой человек, я написала двадцать восемь книг, вы хотите, чтобы я написала еще одну?».

На мой вопрос, что она думает о сегодняшней молодежи, Хельга сразу сказала: «Чем меньше я говорю о ней, тем лучше. Они думают, что знают все. Им неинтересно слушать других».

Я поинтересовался, пришла ли она к такому выводу на основании личного опыта общения с молодыми людьми:

— А сколько ей лет?

— Семьдесят пять, – холодно ответила Хельга.

Тут я понял, что мы трактуем слово «молодой» совершенно по-разному. Я вспомнил, как удивлялся тому, что мы можем заставлять людей «уходить на пенсию» в шестьдесят пять лет. Хельга же воспринимала шестидесятипятилетнего человека как младенца!

Мне кажется, она правильно относится к старению. В течение ряда лет я призываю исключить из лексикона слово «пенсия, отставка» (retirement). По мере того как люди становятся старше, они начинают считать приближающуюся дату выхода на пенсию страшным днем, посланием: «Прощай – ты больше не нужен, ты не можешь приносить пользу». Многие из тех, кто оказался на пенсии, не знают, чем себя занять. Для таких людей жизнь на пенсии выглядит как наказание.

Должен ли работодатель держать у себя человека, достигшего определенного возраста? Это его дело. Но я серьезно возражаю против использования слова «отставка» для конкретного переходного пункта в жизни. Я не понимаю, почему кого-либо нужно отправлять на пенсию, кроме как по здоровью. Как можно взять и просто отставить человека в сторону?! Ведь творческие способности человека не исчезают в день, когда ему исполняется шестьдесят пять лет.

Именно поэтому я настаиваю на том, чтобы слово «отставка» было исключено из нашего словаря. Его место должно занять новое понятие, которое констатирует непрерывность творческой жизни и делает акцент на возможности перехода от первого жизненного этапа ко второму. Второй этап – это время свободной жизни, когда человек, в конце концов, освобождается от обязательств, которые присущи периодам взросления, создания семьи и воспитания детей.

«Я отработал на моего работодателя Х лет. Сейчас мой контракт закончился, и я могу сосредоточиться на вещах, которые всегда хотел сделать, но не мог осуществить свои намерения из-за действующего контракта. Я перехожу в мир неограниченных возможностей. Теперь впервые в жизни я могу быть самим собой. Настало время радоваться тому, что я – это я», – примерно так должен думать человек, приближаясь к переходной фазе.

Второй этап жизни является прекрасной возможностью сделать что-то важное для мира.