Читаем Мир смерти полностью

Магты по-прежнему молчали. Брайну это начало надоедать: он не мог говорить дальше, не получив ответа, он не знал, что говорить, а гробовое молчание магтов сбивало с толку. Напряжение нарастало. Наконец Лиг-магт заговорил:

— Ниджор сдается.

На минуту Брайн потерял дар речи. Мало того, что абсурдность такой мысли была совершенно очевидна, но Лиг-магт произнес эти два слова так, словно… в общем, он их произнес никак. Раньше Брайн никогда не задумывался, как много в речи человека значит интонация — она меняет смысл сказанного, придает словам эмоциональную окраску, выдает настроение говорящего. Лиг-магт мог произнести эти слова с подъемом, и тогда они означали бы ликование и радость: «Победа! Враг сдается!» Он мог сомневаться, и тогда это был бы вопрос: «Они сдаются?» Но ничего такого в его словах не прозвучало, как, впрочем, не прозвучало и никакой другой интонации. Голые слова… Чистый лист бумаги… Все очень просто и очень страшно.

Магты готовы были выслушать только один ответ: «Ниджор сдается». Брайн пришел от ниджорцев, и от него ждут именно этих слов. Стоит сказать что-нибудь другое, и магты потеряют к нему всякий интерес. Хотя, нет… Он посланец врага, и он принес не тот ответ — значит, он сам враг. И тогда его убьют, не задумываясь.

Придя к столь неутешительному выводу, Брайн еще раз взвесил все «за» и «против» и понял, что отступать некуда — придется ему говорить с этими роботами или кто они там есть на самом деле…

— Вы не сможете победить Ниджор, — он старался говорить как можно убедительней, хотя и знал, что напрасно старается.

Никто из магтов даже не шелохнулся.

— Ниджорцы засекли вашу пусковую установку и приняли решение начать боевые действия на день раньше срока. Вы понимаете, что это значит? Меньше чем через двое суток на Дис упадут сотни водородных бомб, и вы все погибнете — все, до последнего человека.

— Это сообщение, — тем же бесцветным голосом сказал Лиг-магт, и Брайн не сразу сообразил, что ему задают вопрос.

— Да.

Два обстоятельства спасли ему жизнь: во-первых, он все время держался настороже, с самого начала подозревая, что разговор с магтами ничем хорошим не кончится, а, во-вторых, никто не мог застать врасплох Победителя.

Лиг-магт напал мгновенно, меньше секунды понадобилось ему, чтобы из неподвижного изваяния превратиться в атакующую пантеру. Выхватив из-под одежды длинный обоюдоострый нож, он стремительно прыгнул. Лезвие сверкнуло на солнце и со свистом рассекло воздух, но удар не достиг цели, Брайн успел броситься на пол. Мгновенно перевернувшись на спину, он увидел нависшего над собой дисанца и сделал подсечку…

Почти одновременно они вскочили на ноги, и схватка продолжалась. Ловко перебросив оружие из одной руки в другую, Лиг-магт сделал неожиданный выпад и едва не распорол Брайну живот — отбить такой удар мог далеко не каждый. Дисанец сражался яростно и умело, он постоянно атаковал — нож так и мелькал в воздухе — и каждая следующая атака оказывалась опасней предыдущей. Брайн прекрасно понимал, что в обороне он долго не протянет, рано или поздно вооруженный противник одолеет его. Пришло время менять тактику.

Улучив момент, он быстро шагнул под удар, навстречу сверкающей стали, и схватил дисанца за руку. На секунду нож замер в воздухе, потом Брайн ощутил резкую боль — свободной рукой Лиг-магт ударил его по лицу — но не разжал ладонь, а еще крепче стиснул пальцы на запястье противника, стараясь отвести в сторону смертоносное лезвие. Теперь у него не было другого выхода — теперь все решала сила и выносливость: или он дожмет врага, или наоборот. Брайн знал, что держит в руке свою жизнь, поэтому отчаянно сжимал пальцы, не обращая внимания на удары, и лишь старался защитить глаза от острых когтей Лиг-магта. Несколько раз ему не удалось увернуться, по лицу уже текла кровь, но сейчас это не имело значения, сейчас его волновало только одно — не отпустить руку…

Наконец Брайну удалось и второй рукой вцепиться дисанцу в запястье — теперь они стояли лицом к лицу, и оба тяжело дышали. Капюшон слетел с головы Лиг-магта, и холодные, пустые глаза пронизывали Брайна насквозь, но бесстрастное лицо дисанца напоминало восковую маску, лишенную какого-либо выражения — даже сильная боль ничего не меняла в его резких чертах.

Удача медленно, но верно склонялась на сторону Брайна. Навалившись всем своим весом на противника и выкручивая ему руку, он ждал, когда же нож выпадет из ослабевших пальцев Лиг-магта, но дисанец упорно не выпускал оружие, и тут Брайн с ужасом понял, что он не сделает этого, пока жив. Раздался отвратительный хруст ломающейся кости, Лиг-магт чуть дернулся, Брайн отпустил его руку, и она безжизненно повисла вдоль тела.

На лице дисанца не дрогнул ни один мускул — он рванулся, пытаясь высвободить другую руку, чтобы перехватить нож и продолжать бой. Ударом ноги выбив оружие и отшвырнув его далеко в сторону, Брайн расслабился и тут же пропустил сильный удар в пах — Лиг-магт продолжал сражаться, как будто ничего не случилось.