Читаем Мир пауков полностью

После обеда разговор пошел о самом важном: что для здешних жителей означает свобода и как использовать ее наилучшим образом. Вскоре выяснилось, что большинству присутствующих не терпится переехать в город пауков немедленно. Найл умолчал о неоднозначной реакции, какую может вызвать у пауков повальное нашествие двуногих из чуждых мест. Вместо этого он ограничился общим разрешением выходить наверх, а заодно сказал, что горожанам надо бы повременить с путешествиями хотя бы до весны.

Видя кругом неподдельное разочарование, он смягчился и пригласил членов Собрания посетить Корш в пределах следующего месяца. Предложение было встречено с восторгом, а Найл уяснил для себя то, на что до сих пор толком не обращал внимания. Собравшись в группу, здешние люди своими телепатическими способностями вызывают постоянные перепады настроения. И пусть контакт у них не коллективный, как у пауков, а мысленная речь направляется от собеседника к собеседнику, для передачи чувств здесь используется все та же индукция, рождающая соответствующий эмоциональный фон. А потому стоит кому-то приуныть (как вот сейчас, после объявления отсрочки до весны), и упадок настроения распространяется на весь зал. И наоборот: если сообщить, что визит состоится в следующем месяце, всех словно искрой пробивает ликование.

Это канун эволюционного изменения. Через несколько поколений все население Страны Призраков будет обладать коллективным сознанием.

В шесть прибыл Тифон, и ассамблея стоя приветствовала его дружными аплодисментами. Найл уступил ему место без всякого сожаления. Скорее наоборот: начались дебаты о том, надо ли с кончиной карвасида отменять все старые законы и давать жителям полную волю, или следует еще на какое-то время сохранить прежний уклад. Мэр Бальтигар и большинство мужчин выступали за последнее, в то время как почти все женщины высказались за полную свободу. Найлу, который и сам возглавлял Совет в городе пауков, все это было не в диковинку: обычно законы отменяются лишь для того, чтобы спустя полгода воскреснуть в первозданном виде. Впрочем, вмешиваться бесполезно: жители Страны Призраков должны пройти все это самостоятельно.

Во внутреннем дворе ворон спорхнул с его плеча и взмыл на крышу: видно, быть ручным ему уже прискучило.

Они поднялись к Тифону, в служебные апартаменты, расположенные на верхнем этаже дворца. Таким образом, Найл впервые прокатился в лифте (если не считать того, что в Белой башне). Почему, интересно, не оборудовал свою башню лифтом Маг? А впрочем, понятно. Его лаборатория существовала еще задолго до того, как появилось это крыло здания, и он оставил башню без изменений.

Из кабинета Тифона открывался вид даже получше, чем из лаборатории. Здесь было два окна, одно из них с видом на север. Надо бы напомнить Тифону, что завтра днем они отбывают из Дола Благодарения, так что выехать следует пораньше.

Как только они вышли из зала совещаний, Найл стал расспрашивать о династии. Тифон сообщил, что его род состоял в услужении у карвасидов, начиная с самого первого Сатханаса. На исходе жизни у того стала прогрессировать мания преследования, и он прекратил общаться напрямую со всеми, кроме своего префекта; предок Тифона был даже вынужден пробовать при господине его еду и питье. С того времени только префектам разрешался прямой очный контакт с владыками. Карвасиды же, по сути, уподоблялись схимникам — с той разницей, что у них в закрытом крыле дворца содержался гарем наложниц.

Сатханас Девятый — тот, что создал при дворце музей, а также сверхмозг по имени Руфио, — постиг науку контроля над мыслями при помощи вибраций, и с той поры в стране был решен вопрос убеждения подданных в бессмертии и непогрешимости своего правителя.

До отбытия в Корш Найлу с Тифоном предстояло многое обсудить. Вся страна, от рудокопов до аристократов Фрейдига, требовала перемен. Например, рабочие второго уровня уже предложили, чтобы Друско (тот самый бригадир, приговоренный к порке и позднее выпущенный из тюрьмы вместе с остальными заключенными) был назначен их лидером и представителем в коллегии Найла. Это, а также десятки других вопросов до возвращения Тифона должны были решаться Гереком.

Так что день прошел не в праздничных гуляньях, как у основной массы населения, а в обсуждении организационных нюансов. За этим же прошел и вечер, когда возвратился Герек со второго уровня. Он описал, с каким трудом рабочие поверили в то, что карвасида больше нет; соответственно и реакция у них была глуше, чем у разгульного люда наверху. Однако к отъезду Герека эта новость наконец осела в умах, так что сейчас фабричные готовились гульнуть не на шутку.

За ужином Герек поднял интересный вопрос: а что ждет сельское хозяйство Страны Призраков? как-никак аграрии разработали на редкость эффективную систему снабжения сограждан плодами своего труда. Обитатели всех уровней им откровенно завидовали (а как же, жизнь на свежем воздухе), и все, кого ни спроси, мечтали пополнить их ряды.