Читаем Мир пауков полностью

Найла тронул за плечо жук. Одина, похоже, попыталась что-то произнести, нет, лишь качнула головой. Найл, отвернувшись, понуро побрел за своим провожатым, не зная, что и думать. По пути еще раз мельком оглянулся, но ее уже не было видно из-за жуков.

Путь шел по извилистому коридору, полого ведущему вниз, в подвал. Свет, соответственно, был еще ущербнее, чем в верхней части здания. Тянулись стены из грубого, неотшлифованного серого камня; спускающийся впереди провожатый словно уводил в некий подземный мир. Пол тоже был шероховатый, в выступах, поэтому идти приходилось осторожно, чтобы не запнуться. Вместе с тем Найл подспудно догадывался, отчего эта нижняя часть здания имеет нарочито незавершенный вид. Теснины земли для жуков — место пристанища и безопасности. Вполне естественно, что помещение для Совета — место, располагающее к неторопливому раздумью и глубокой сосредоточенности, — помещено под землей.

Коридор брал вправо, и уклон становился еще заметнее. Дальше начинались своды из слежавшегося грунта, подпертого неотесанными деревянными балками. Как и в подземном городе Каззака, этот коридор освещали установленные в нише масляные светильники. Они подошли к широкой горловине коридора. Грунтовая стена впереди на деле оказалась массивной дверью; сам грунт был волокнистый, наподобие торфа. Едва остановились, как стена стала медленно подаваться назад и в сторону. Найл ожидал, что на пути встанет какой-нибудь крылато — хвостатый привратник, а потому удивился и позабавился, увидев, что тяжеленную дверь пыжится открыть самолично Доггинз. (А в ней толщины с полметра.) Доггинз коротко кивнул юноше. Найл обратил внимание, что вид у него встревоженный и явно удрученный. Когда вошли, жук — провожатый шутя закрыл дверь одним ударом мощных лап.

Они очутились в большом, призрачно освещенном помещении с полом в виде плоской овальной чаши. Грунтовые своды подперты сваями из неоштукатуренного камня, свет исходит от моргающих масляных светильников под потолком. По ободу овала шел ряд выпуклостей — бугорков, на каждом из которых восседал жук-бомбардир. Попривыкнув глазами к скудному освещению, Найл разглядел, что спереди у каждого из бугорков имеется крупный скат, так что жуки могли сидеть полуоткинувшись, уложив согнутые лапы в выемки, — ни дать ни взять, кресло! Располагались они так, что каждый из сидящих мог окидывать взглядом все помещение.

Найл насчитал пятнадцать жуков, сидящих вокруг полуовалом. Глаза по-лягушачьи круглые, немигающие. Жук, сидящий по центру, был заметно старше остальных: ороговевший панцирь испещрен трещинами и щербинками, один глаз тронут белесой прожилкой. Найл сразу догадался, что это и есть Хозяин. Доггинз взял Найла за руку и вывел в центр полуовала. Они остановились бок о бок. Найл признателен был Доггинзу за моральную поддержку: под взглядом жуков он ощущал непривычную неловкость. В ней не было ничего общего с тем холодным воплощением враждебности, что пронизывает под взглядом пауков. Вместе с тем чувствовалось, что взор жуков, минуя кожу, проникает куда-то в самое нутро. От этого возникало впечатление, что они не принимают во внимание его внешнее обличье, а вглядываются внутрь, в сокровенное. Неловко как-то, все равно что стоять голым. Чувствовалось, что здесь бесполезно лукавить или изворачиваться: эти заметят ложь прежде, чем он ее произнесет.

Жук, сидящий справа от правителя, поднял щупики и проворно ими пошевелил.

— Саарлеб спрашивает, сколько тебе от роду, — перевел Доггинз.

— Точно не знаю. Лет, наверное, семнадцать.

Пошевелился жук слева. Доггинз перевел и его:

— Саарлеб спрашивает, зачем ты пришел в эту страну.

Ясно было, что Саарлеб — титул, не имя.

— Меня пригнали как пленника, — отвечал Найл. — Мой отец был убит пауками.

Когда Доггинз перевел это, последовала долгая пауза, затем жук справа спросил:

— Ты хочешь отомстить пауку, убившему твоего отца?

— Нет, — ответил Найл откровенно.

Другой жук спросил:

— Ты хочешь отомстить всем паукам?

— Я не хочу мести, — ответил Найл, помедлив. — Но я желаю быть свободным.

Еще одна пауза. И тут впервые подал голос Хозяин:

— Если бы пауки позволили тебе уйти с миром, ты бы на этом успокоился?

— Нет.

— Почему?

Найл обдумывал, какие подобрать для ответа слова, и вдруг с удивлением услышал, что Доггинз повторяет этот же вопрос. Тут он понял, что Хозяин обратился к нему напрямую. Это совершенно не походило на телепатические сигналы Смертоносца-Повелителя или Стигмастера — тогда голос неизменно раздавался или в грудной клетке, или в голове. А Хозяин обратился так, будто они просто беседовали вслух.

Посмотрев на неподвижную, в щербинках личину, Найл ответил:

— Потому что мы не свободны даже в своей собственной стране. Нам всю жизнь только и приходится, что скрываться от пауков.

Когда Доггинз начал говорить, Хозяин подал ему знак остановиться. В глазах подрывника мелькнуло замешательство. Найл снова уловил мысленный голос Хозяина так же, как если бы тот изъяснялся словами.

— Если бы твоим сородичам дали беспрепятственно жить, ты бы на этом успокоился?