Наконец-то Карминатосу удалось сбросить с себя каменную плиту и колонну! Из отверстия в полу выскользнуло большое чешуйчатое серо-синее тело. Может, когда-то в прошлом это существо и было богом справедливости, но сейчас, после длительного заточения в подвале, оно хотело только одного: подраться.

Рычание богов, крики и стоны людей, грохот рушащихся конструктивных элементов – все смешалось в одну несусветную какофонию. Адвокат бросился к спасительному проему, еле видимому сквозь пылевую завесу. Повезло, он успел выскочить.

На проспекте Неумолимой Длани собралась толпа. Здание Храма Правосудия тряслось и вздрагивало. Из-под арки выбегали люди, их одежда была испачкана пылью, кровью и штукатуркой. Вот Храм в последний раз содрогнулся – и его стены начали с грохотом оседать, рассыпаясь на куски. Толпа отхлынула.

Драка между тем продолжалась. Божества сцепились, как разъяренные коты. Этот чудовищный клубок выкатился из развалин на опоясывающую террасу и покатился вниз по ступенькам, давя людей, не успевших убраться с дороги.

Небо потемнело. Засверкали, сплетаясь, ветвистые молнии: все трое пустили в ход свою магию.

Парлус ощутил, что лоб у него влажный и по виску сбегает теплая струйка. Потрогал, взглянул на пальцы: кровь. Кирпич или обломок камня, а он и не заметил…

На месте Храма Правосудия, который испокон веков считался в Панадаре символом незыблемости и постоянства, громоздились руины. Шум стих, небо постепенно приобретало естественную сиреневую окраску: боги либо переместились в иное измерение, либо продолжали выяснять отношения, не обременяя себя телесными оболочками.

Повернувшись, адвокат побрел, пошатываясь, по проспекту. Прежде всего – к целителю, негоже человеку его профессии ходить с разбитой головой!

– Не желаете паланкин, господин?

С помощью неловкого раба Парлус забрался в наемный паланкин. Назвал адрес. Вот теперь голова заболела… Но это мелочи, ибо его мучил куда более существенный вопрос: должен он считать этот процесс проигранным или выигранным?

Глава 14

Закутавшись в плащ, Шертон неподвижно стоял у стены многоэтажного казенного здания, опоясанного колоннадой, и прислушивался к разговору должностных лиц из Департамента Жертвоприношений, расположившихся чуть поодаль.

– Ее тела там нет. Все разгребли, больше негде искать. Видимо, Нэрренират ее забрала.

– Но эскалаторы не работают! А Нэрренират в ярости, даже больше, чем до сих пор. Ее невозможно умиротворить.

– Значит, девчонку сожрал Ицналуан. Чтоб этих Фоймусов…

– Ну-ну, не стоит…

– А вы не знаете? Фоймус лишен полномочий и неприкосновенности и выведен из состава Палаты. Кое-кто долго ждал такого шанса… Фоймусу грозит суд, изгнание и конфискация имущества.

– Вряд ли. Это не пройдет.

– В счет возмещения ущерба, нанесенного государству разрушением Храма Правосудия. С такой формулировкой пройдет. Ведь это его супруга призвала Ицналуана!

– Однако Мервон и Золиний теперь наберут силу, раньше Фоймус зажимал их.

– Это да…

Чиновники перешли на таинственный шепот. Не замеченный ими Шертон скользнул в сторону.

В воздухе висел целый рой шарообразных магических светильников, рассеивающих ночную тьму. Вокруг руин копошились, как муравьи, темные фигурки рабов. Маги, тоже принимавшие участие в аварийных работах, устроились на богато украшенной платформе с креслами, которая парила над руинами. Середину проспекта Неумолимой Длани загромоздили кучи обломков и строительного мусора.

Работы по разборке завала продолжались четверо суток. Если б не магия, на это дело ушло бы несколько месяцев.

…В тот день, когда Роману судили, Шертон с утра занял свой пост на крыше семиэтажного жилого дома и долго ждал. Около полудня издали донесся грохот, небо потемнело и приобрело странный багровый оттенок, над крышами заблистали магические молнии. Лепестки чаш-ловушек на башнях беспокойно задвигались. Вскоре эти явления сошли на нет, вновь сменившись обычным сиреневым полднем. А Шертон продолжал ждать, он проторчал в засаде до сумерек.

Спускаясь впотьмах на улицу, он тщетно пытался угадать, в чем дело: нанятый им адвокат выиграл процесс, или суд не уложился в один день?

Парлус ждал его в своей конторе. С забинтованной головой, с остатками почти рассосавшегося синяка под глазом. Отдельные участки кожи на его загорелых руках и лице выделялись нежно-розовыми пятнами: так выглядят места, недавно исцеленные.

– Кто это вас? – нахмурился Шертон. – Люди Клазиниев и Фоймусов?

– Так я и думал, что с первого раза не угадаете! – криво усмехнулся адвокат.