Читаем Мёртвые душат полностью

Но что было Чичеро до интереса попутчицы? Его радовало, что путешествие продолжается, радовало и то, что Клямщина, та местность, в которой находится замок Окс, лежит как раз на полпути между Глюмом и городом Цанц, а значит, путешествие близится к завершению. Радовало, что поднялась вьюга, как в памятной легенде, радовало и то, что вьюга утихла.

На подъезде к замку Окс метель совсем улеглась, воздух очистился от снежной взвеси, и пятибашенный красавец предстал взору Чичеро во всей чёткости своих архитектурных форм. Посланник содрогнулся, обнаружив, насколько замок Окс похож на Глюм.

Должно быть, эти два расположенные неподалёку замка возводились одними и теми же мастерами фортификационного дела; во всяком случае, они строились в одно и то же время. Как и Глюм, Окс был пятиярусным, и для жизни великанов были приспособлены лишь два яруса сверху. Как и Глюм, Окс окружала — если не пропасть, то внушительный ров. Как и Глюм до недавнего времени, Окс имел пять башен; только и разницы, что верхняя из них не плевалась молниями (отчего все крыши замка были покрыты шапками снега), а на крайней правой из них вместо стилизованного черепа дракона возносился к небу стилизованный фаллос.

— Здесь любят заниматься любовью! — указав глазами на навершие этой башни, заговорщически шепнула посланнику госпожа Кэнэкта.

Чичеро поблагодарил её за предупреждение.

Когда полозья саней великанши зазвучали по льду перекинутого через ров моста, а решётки главных ворот со скрипом поехали вверх, Чичеро показалось, что всё это с ним когда-то уже было. Может, пару месяцев назад в Глюме, может, в прошлой жизни.

Въезжая во двор замка, довольно пустынный и заваленный снегом, Чичеро заметил в нём одну лишь стройную женскую фигурку в полушубке. Игривый смешок госпожи Кэнэкты заставил его присмотреться к этой фигурке повнимательнее.

Ну конечно же, это была она: Лулу Марципарина Бианка, можно просто — Бяша. В тот момент, когда Чичеро её узнал, решётки замка с лязгом поехали вниз, а обледеневший подъёмный мост стал вздыматься вверх подобно фаллосу.

* * *

Невеста подскочила к Чичеро, вышедшему из саней, бросилась ему на шею, приникла к устам Лимна долгим и страстным поцелуем. Кэнэкта и Клюп стояли тут же и ободрительно улыбались.

— Клюп, заведи коней в конюшню, — на миг оторвавшись от Чичеро, велела Лулу.

Отстранившись, жених внимательно на неё посмотрел, наморщил лоб от недоумения:

— Что это значит, Бяша? Ты приказываешь хозяйке замка?

Марципарина беззаботно расхохоталась:

— Скоро будет пять лет, как Умбриэль Цилиндрон выкупил у нашей Клюп её замок. Хозяйка этого замка теперь я, а ей я просто позволяю здесь жить — в верхних этажах. Помнишь, я рассказывала о полном замке моих удовольствий? Так вот, это здесь!

Чичеро смутно вспоминал рассказ Бианки о невольниках, что служат её удовлетворению. Гораздо ярче ему помнились те двое наложников, выписанных из Карамца, которые удовлетворяли невесту у него на глазах — в памятный день помолвки.

— А, Хоп и Бум? — переспросила Лулу. — Ну да, это самые мои любимые, но здесь их нет; я их оставила в Цанце. Здесь, в замке Окс, нет таких умелых красавцев, как они, зато есть то, чего не может дать никакой Цанц — количество! Ты не представляешь, любимый, какие массовые сцены здесь можно устраивать! Настоящий театр похоти, и мы с тобой — в главных ролях!

Невеста льнула к нему, а Чичеро не мог действенно сопротивляться, ведь его тень по-прежнему находилась взаперти в замке Глюм. Что должно было произойти между ними, то произойдёт, понял посланник, и произойдёт в этом замке.

Может быть, и ноздреватый Плюст со своим двуличием и странными пристрастиями попался у него на пути лишь затем, чтобы привести его к жаждущей Лулу Марципарине. Может, всё происходящее с ним, начиная с памятной битвы с Живым Императором, будь проклято его имя, суть лишь звенья единого женского заговора?

* * *

Стал ли Чичеро свободнее в замке Окс? Это как посмотреть! Конечно, возможность перемещения по всему замку, а не по отдельным выделенным для гостей ярусам не могла не радовать. С другой стороны, ему не удавалось ни на миг остаться одному. Постоянно рядом с ним находилась невеста, а стоило ей на малый срок отлучиться, как рядом оказывалась Кэнэкта, либо верная Клюп.

Разумеется, и речи не могло быть, чтобы суметь спрятать от будущей жены своих карликов. Она проникла в их тайну в первую же ночь. Но не расстроилась, как ожидал Чичеро. Она не осуществила желанного опыта с мёртвым телом, зато, вступила в противоестественные сношения с тремя живыми карликами одновременно — и нашла, что такое приключение дорогого стоит.

Карлики её восхитили; она им тоже понравилась; Чичеро же смотрел на всё, что они вытворяли, и тихо за них радовался. Иногда он фантазировал; в фантазиях тело Лулу Марципарины Бианки, экстатически сплетающееся воедино с тремя неутомимыми партнёрами, и само утраивалось, сообразно трём её именам: Лулу шаловливо играла с Лимном, Марципарина агрессивно обрушивалась на Зунга, Бианка сладостно подчинялась Дулдокравну.