Мертвецы наиболее многочисленного сословия — крестьянского — заночевать в самом Цанце надежды не имели, а останавливались под стенами наземного города, на той самой площадке, где, как выяснил Чичеро, происходил арбалетный расстрел Дрю из Дрона. Вероятнее всего, и само вече должно было состояться там. В сам город впускать собиравшихся крестьян сочли бесполезным: их ожидалось столько, что наземный город никак бы не вместил, запускать же сию пёструю толпу в подземную часть тем более не стоило — из соображений безопасности.

Выходя по утрам из ворот наземного города, Чичеро окидывал взором прибывающие полчища — и улыбался в гордом сознании, что большинство из прибывших Гру призвал посредством актуализации доставленных в Цанц теней. Не соверши посланник своего многотрудного вояжа по окрестным замкам, не могло бы тогда случиться ожидающегося торжества некрократии.

Крестьяне прибывали под стены Цанца с выражением безразличной готовности на лицах. Где-то Чичеро уже приходилось видеть на крестьянских лицах такое выражение. Ах, да! Конечно же, на берегу болота между деревнями Клёц и Мнил, — в скульптурной композиции «Пляска Смерти», выстроенной командиром дружины арбалетчиков Пендрисом по эскизу посланника Смерти Дрю из Дрона!

Глава 31. Колесо подозрения

Миссия посланника Смерти Чичеро почти завершилась. Он сделал главное — достал у великанов из замков Цанцкого воеводства их «призрачные шкатулки» с крестьянскими тенями. Единственный отрезок пути предстоял бравому посланнику — тот, что соединял Цанц с Дыбром. Чичеро надлежало (в порядке формальности) вернуться к отправителю — Вроду Занз-Ундикравну, доложить ему об успехах.

И — прекратить собственное существование. Ибо три карлика, которые обеспечивают вторичное посмертие посланника, даны ему никак не навсегда. Они, как-никак, разведчики отшибинского вождя — и должны вернуться к своим обязанностям. Не ходить же им пожизненно втроём, таская за собой чёрный плащ с останками Чичеро и мешок с останками коня!

Чичеро понимал неизбежность своего конца, страдал от неё, желал скорейшего прекращения ожидания, но — всё откладывал свой визит в Серогорье. Вот-вот в Цанце, куда стеклись мертвецы почти со всего воеводства, произойдёт вече. Должен же Чичеро, а с ним Лимн, Зунг и Дулдокравн, принести вождю вести о том, чем оно закончится!

Судя по поведению учителя Гру, а также всех заговорщиков, итоги предстоявшего вече были для них вполне предсказуемы и желанны. Только сам Чичеро в предвосхищаемых ими событиях чего-то главного не понимал.

Ясно, что послушное магистру Гру большинство мертвецов вынесет решение, чтобы карликам Отшибины возвратили право на переход в посмертие. Также карликам разрешат некромантскую практику; людям будет позволено учить карликов-некромантов. Власти Отшибины смогут войти в непосредственное сношение с Мёртвым престолом. К Дыбру будет проложено ответвление от туннеля, соединяющего подземные чертоги Владыки Смерти и Цанц.

Излагая свои планы, Гру, разумеется, делал акцент на восстановлении попранной исторической справедливости, только вот Чичеро слабо верилось, что заговорщики, совершая дерзкое устранение от дел Цилиндрона, могли преследовать столь благородные цели вполне бескорыстно.

Положим, сам Гру фанатично предан делу освобождения Великого народа (это-то может быть!), но зачем бороться за права карликов Жилоно, Киномро и Фопону, чьё положение в Цанце вряд ли нуждается в улучшениях? Зачем это погружённому в себя цилиндианоману — некромейстеру Гны? Зачем солдафону Отту? А бальзамировщику Фальку зачем рисковать изящно выделанной шкурой, лично пользуя Цилиндрона далеко не лечебными бальзамами?

Поговорить о своих сомнениях с учителем Чичеро не удавалось. Гру пребывал в движении. Он то устраивал совещания заговорщиков — узкие и расширенные, на которых мог присутствовать и Чичеро (но всё равно мало что понимал из решаемых вопросов), то отправлялся на встречи с какими-то своими явными гонцами и тайными информаторами, то уединялся для совершения каких-то некромантских ритуалов — в целях, одному ему ведомых.

Поместье Гру в Цанце выглядело довольно компактным. Несколько небольших продолговатых комнаток, выдолбленных в скальной породе и со вкусом обставленных, скрывалось за помпезными воротами с колоннадой из чёрного мрамора. Обитая в поместье своего учителя, Чичеро то и дело с ним встречался, но приставать с вопросами в большинстве случаев не считал уместным.

Однажды он остановил Гру в редкий момент, когда некромант никуда не спешил, а пребывал в сосредоточенной задумчивости. Почему-то Чичеро начал не с самого главного из мучающих его вопросов (а может, именно этот был самым главным?):

— Скажите, учитель, а с какой целью ваш гонец был направлен в замок Окс к Лулу Марципарине Бианке? Только ли сообщить о болезни Цилиндрона?