Читаем Минимальные потери полностью

Осаждаемые разъяренными толпами, банки лопались один за другим, словно дождевые пузыри в сельской луже, а на предложения – чаще всего разумные – правительств набраться терпения и подождать, пока все устаканится, люди ответили массовыми забастовками, демонстрациями протеста и беспорядками. Вплоть до баррикад на улицах крупных городов. Правительства, как водится, пустили в ход полицейские силы. Граждане ответили камнями, а кое-где и бутылками с коктейлем Молотова – извечным оружием радикалов любого толка.

Вслед за обычными гражданами затрясло частные фирмы и корпорации.

Резко пошло вниз промышленное производство, а вместе с ним и производство электроэнергии; рушились сделки; рвались наработанные десятилетиями экономические связи; обваливались биржи; распускались трудовые коллективы; взлетели в цене продукты питания и загородное жилье. Снова, как в безумные Серые Десятилетия, полезли из всех углов ярые сторонники радикального переустройства мира всех мастей, к которым немедленно присоединились отъявленные либералы, предсказатели, сектанты и ловкие мошенники, делающие себе имя и деньги на людском страхе.

Особую, можно сказать, бешеную популярность, возникнув, как чирей на заднице, приобрело движение со скромным названием «Лучшие друзья инопланетян». Его адепты вдохновенно вещали, что погрязшее в грехах человечество должно несказанно радоваться. Ибо, наконец, пришел тот день, когда могущественные пришельцы со звезд обратили внимание на Землю и прибыли, чтобы исправить все наши ошибки и наставить заблудшее людское стадо на путь истины. И здесь, главное, не сопротивляться, а принять помощь и учение со смирением и благодарностью. За неделю существования движения в «Лучших друзьях инопланетян» стали числить себя миллионы людей по всей планете, и с каждым днем это движение продолжало расти и шириться подобно тонкому ручейку, на глазах превратившемуся в опасную реку во время тропического ливня.

Все это забурлило грязной, а кое-где уже и кровавой пеной буквально в течение десяти-двенадцати дней, с невиданной доселе скоростью, и вот-вот должно было взорваться, подобно вулкану, сметая правительства и ввергая страны, союзы, конфедерации и альянсы в хаос и мрак новых Серых Десятилетий (правда, не факт, что их назвали бы так же), но спасение пришло, откуда не ждали. С Марса. Точнее, даже не спасение, до спасения было еще очень и очень далеко. Отсрочка полной катастрофы.

Пришла эта отсрочка на борту ГПП-3 – грузо-пассажирского планетолета третьей серии «Звезда Флориды» в лице пятидесяти двух марсианских колонистов – отправленных на Землю детей до шестнадцати лет и нескольких кормящих матерей.

Маленькое чудо, вызванное непредсказуемостью человеческой психологии. Именно эта непредсказуемость, к слову, и превращает все прогнозы на будущее – от научных до астрологических – всего лишь в игру ума и щекотание нервов.

Хватило одного прямого репортажа с места посадки «Звезды Флориды» на мысе Канаверал и стихийного митинга, возникшего прямо на старейшем космодроме Земли, чтобы в сознании десятков и сотен миллионов людей по всей планете что-то щелкнуло, и скользкую липкую тьму, наполненную страхом и ненавистью, сначала потеснил стыд, а затем сквозь нее пробились, окрепли и потянулись ввысь и вширь первые ростки мужества.

Дети на носилках, измученные двухнедельным межпланетным перелетом в жуткой тесноте, а затем, навалившейся на них непривычной тройной силой тяжести. Мальчики и девочки возрастом от нескольких месяцев до пятнадцати лет.

Их увозили в заранее подготовленный здесь же, на мысе Канаверал, оборудованный гравигенераторами Нефедова и всем необходимым павильон. Но телеоператоры успевали показать всему миру их полные надежды глаза, а журналисты передать слова тех, кто умел, мог и хотел говорить.

«Мои мама и папа остались на Марсе воевать с плохими дяденьками, которые к нам прилетели с другой планеты. Пожалуйста, дорогие земляне, сделайте так, чтобы мама и папа остались живы»

«На Земле очень тяжело, я хочу домой. Вы поможете нам вернуться?»

«У вас есть игрушки? На корабле было мало игрушек и совсем негде играть. А мама и папа когда ко мне прилетят?»

«Вы хорошие? Папа говорил, чтобы я не боялся. Я не буду. Только я боюсь, что папу убьют. А мамы у меня нет, она умерла, когда я был маленький»…

И наконец:

«Марс не сдается. Марс готов сражаться и просит только об одном – позаботиться о его детях. Колонисты уверены, что Земля сможет защитить не только марсианских, но и всех своих детей, и эта уверенность наполняет мужеством наши сердца. Делайте свое дело, братья и сестры, а мы сделаем свое».