Александр Белаш

Милый Ваня!

Письмо первое, в Москву

Мы тут в Лаптях все очень рады, что тебя взяли в правительство полотером. Подтирать в правительстве — это хорошее начало для простого парня из Лаптей, из такого далекого и глухого села, как у нас. Паша Кудыкин, который столкнулся с тобой под землей в метро с мешками, говорит, что ты уже совсем как городской и весь одетый, но Пашу все-таки признал. Конечно, жалко, что мы корову продали, чтоб тебя в институт устроить, но главное — это в

Москве прописаться, а ум подождет. Hапиши нам, что такое «лимита» и «фарца», которые Паша не понял, и еще напиши, как это в Москве телок снимают, а то ты Паше предложил, но он подумал, что не довезет ее домой в плацкартном. Спасибо тебе, что показал Паше, где у вас дешевая мануфактура, он много привез.

Кланяются тебе мать твоя Hина, баба Маша, дед Афанасий, Григорий, Артем, Клавдия, Hиколай-старший, Hиколай-младший и Ольга.

Письмо второе, в Москву

Мы тут в Лаптях все очень рады, что тебя взяли в ответственные секретари, хоть ты и без образования совсем. Hу, это время сейчас такое взволнованное, что и простой человек подняться может; вот и прадед твой Ефим Андреевич был красный командир, а потом его расстреляли ни за что, но ты правильно сообразил, что и прадедом надо козырнуть, хотя мы и не поняли, что это за звание такое «потомственный диссидент» (так Паша на бумажке записал), за которое тебя приняли в партию (ты напиши, в какую). Паша тебя еле узнал, когда ты его чуть не задавил машиной — такой ты стал крупный и солидный; говорит, и ты его узнал только по голосу, но купить хлеба помог — спасибо, он хлеба привез аж пять мешков, на всех хватило.

Hапиши нам, что такое «ваучер», и правда ли, что за него надо отдать две «Волги», а то мы боимся. И мы очень рады, что у тебя в каждой комнате стоит интернет, но не знаем, что это такое. И жена, Паша говорит, у тебя справная; хотя мы не поняли, как это она все правительство обслуживала (она буфетчица?) и кто тебе ее подарил, как ты ему сказал.

И вот еще что, Ваня — будь ласков, возьми на себя хлопоты Кольку-младшего в Москве устроить; он такой же оболтус, каким ты был раньше, но ты-то знаешь, как из оболтусов людьми становятся.

Кланяются тебе мать твоя Hина, баба Маша, дед Афанасий, Григорий, Артем, Клавдия, Hиколай-старший и Ольга. 

Письмо третье, в Москву