Читаем Милый недруг полностью

А потом, в июне, случился этот злосчастный вечер, когда Вы подслушали несколько глупых, невежливых слов, в которые я сама ничуть не верила, и с тех пор испарились в пространстве. Я чувствовала себя отвратительно из-за этой истории, мне хотелось просить прощения, но Ваше поведение не располагало к исповеди. Не то, чтобы у меня было какое-нибудь оправдание или объяснение — их у меня нет. Но Вы же знаете, какой глупой и безрассудной я бываю иногда, и должны бы понять, что, хотя я внешне и легкомысленна, и болтлива, на самом деле я не так уж пуста. Поэтому забудьте, пожалуйста, о глупой части моей персоны. Если бы я действительно была такой, как Вы думаете, то Пендльтоны, которые давно знают меня, не послали бы меня сюда. Я старалась всеми силами справиться с моей трудной работой отчасти потому, что хотела оправдать их мнение обо мне, отчасти потому, что действительно заинтересовалась этими бедными клопами и мне захотелось сделать их счастливыми, а главным образом — я хотела доказать Вам, что Ваше первоначальное оскорбительное мнение обо мне неосновательно. Не согласитесь ли Вы вычеркнуть те злополучные пятнадцать минут у ворот и вспомнить взамен пятнадцать часов, которые я провела в чтении СЕМЬИ КАЛЛИКАК?

Мне очень хотелось бы чувствовать, что мы снова друзья.

Салли Мак-Брайд.


Приют Джона Грайера,

воскресенье.


Уважаемый доктор Мак-Рэй!


Получила Вашу визитную карточку с ответом на обороте, состоящим из одиннадцати слов. Я не имела в виду надоедать Вам своим вниманием. Ваши мысли и Ваши поступки для меня в высшей степени безразличны. Можете быть невежливым сколько Вам угодно.

С. Мак-Б.


14-е декабря.


Дорогая Джуди!


Пожалуйста, налепляй как можно больше марок на свои письма, и внутри, и снаружи. У меня в семье тридцать коллекционеров. С тех пор как ты взялась за путешествия, ежедневно к приходу почты у ворот собирается жадная толпа в надежде выхватить письмо с иностранным штемпелем; и к тому времени, когда письмо попадает ко мне, оно уже почти в клочках. Скажи Джервису, чтобы он прислал нам еще несколько пурпурных сосен из Гондураса и зеленых попугаев из Гватемалы. Я могла бы разместить целый вагон!

Разве не чудесно, что эти апатичные маленькие существа проявляют такой энтузиазм? Мои дети становятся почти настоящими детьми. Дортуар Б вчера вечером по собственной инициативе начал битву подушками, и хотя военные действия весьма печально отражаются на нашем скудном бельевом запасе, я стояла, сияя от восторга, и даже сама кинула одну подушку.

В прошлую субботу те два милых приятеля Перси, что навестили нас летом, провели целый день в игре с нашими мальчиками. Они привезли с собой три ружья, и каждый взял на себя предводительство одним индейским племенем. Все послеобеденное время они состязались, стреляя в бутылки, и победившее племя получило приз, тоже привезенный ими, — отвратительную голову индейца, нарисованную на коже. Ужасный вкус; но мужчины нашли ее прелестной, а потому я восхищалась ею со всем жаром, какой могла напустить на себя.

Когда они кончили, я отогрела их пончиками и горячим шоколадом. Я уверена, что мужчины наслаждались всей этой затеей не меньше, чем мальчики, — во всяком случае больше, чем я. Все время, пока продолжалась стрельба, я не могла преодолеть бабьего страха, что они подстрелят друг друга. Но я отлично знаю, что не могу держать двадцать четыре краснокожих пришитыми к моей юбке, и во всем свете не нашла бы трех более милых молодых людей, которые бы ими занялись.

Подумать только, что это молодое, добровольное служение пропадает даром! Я думаю, что наши окрестности изобилуют такими добровольцами, и я возьмусь за дело, откопаю их.

Больше всего мне хотелось бы, чтобы славные, хорошенькие, толковые молодые женщины (штук 8) приходили к нам раз в неделю по вечерам и, сидя перед камином, рассказывали сказки, пока наши цыплята жарят на огне кукурузу. Мне так хочется немножко побаловать моих малышей! Видишь, Джуди, я вспоминаю твое детство и стараюсь по мере сил заполнять пробелы.

Попечительское собрание той недели прошло прекрасно. Новые женщины приносят много пользы, а из мужчин пришли только самые симпатичные. Я счастлива сообщить, что С.У. гостит у своей замужней дочери. Что бы ей стоило пригласить папочку навсегда?


Среда.


Я по-детски зла на доктора, и без особого повода. Он идет по своему пути спокойно и бесстрастно, не обращая ни на кого и ни на что ни малейшего внимания. За эти последние месяцы я проглотила больше оскорблений, чем за всю мою жизнь, и превращаюсь в ужасно мстительную особу. Все свое свободное время я провожу, измышляя для него какое-нибудь отчаянно неприятное положение, в котором ему придется обратиться ко мне за помощью, а я с убийственным равнодушием пожму плечами и отвернусь. Как видишь, я очень отличаюсь от милой, веселой молодой девушки, которую ты когда-то знала.


Вечером.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Том 7
Том 7

В седьмой том собрания сочинений вошли: цикл рассказов о бригадире Жераре, в том числе — «Подвиги бригадира Жерара», «Приключения бригадира Жерара», «Женитьба бригадира», а также шесть рассказов из сборника «Вокруг красной лампы» (записки врача).Было время, когда герой рассказов, лихой гусар-гасконец, бригадир Жерар соперничал в популярности с самим Шерлоком Холмсом. Военный опыт мастера детективов и его несомненный дар великолепного рассказчика и сегодня заставляют читателя, не отрываясь, следить за «подвигами» любимого гусара, участвовавшего во всех знаменитых битвах Наполеона, — бригадира Жерара.Рассказы старого служаки Этьена Жерара знакомят читателя с необыкновенно храбрым, находчивым офицером, неисправимым зазнайкой и хвастуном. Сплетение вымышленного с историческими фактами, событиями и именами придает рассказанному убедительности. Ироническая улыбка читателя сменяется улыбкой одобрительной, когда на страницах книги выразительно раскрывается эпоха наполеоновских войн и славных подвигов.

Артур Конан Дойль , Артур Конан Дойл , Наталья Васильевна Высоцкая , Екатерина Борисовна Сазонова , Наталья Константиновна Тренева , Виктор Александрович Хинкис , Артур Игнатиус Конан Дойль

Детективы / Проза / Классическая проза / Юмористическая проза / Классические детективы
Эгоист
Эгоист

Роман «Эгоист» (1879) явился новым словом в истории английской прозы XIX–XX веков и оказал существенное влияние на формирование жанра психологического романа у позднейших авторов — у Стивенсона, Конрада и особенно Голсуорси, который в качестве прототипа Сомса Форсайта использовал сэра Уилоби.Действие романа — «комедии для чтения» развивается в искусственной, изолированной атмосфере Паттерн-холла, куда «не проникает извне пыль житейских дрязг, где нет ни грязи, ни резких столкновений». Обыденные житейские заботы и материальные лишения не тяготеют над героями романа. Английский писатель Джордж Мередит стремился создать характеры широкого типического значения в подражание образам великого комедиографа Мольера. Так, эгоизм является главным свойством сэра Уилоби, как лицемерие Тартюфа или скупость Гарпагона.

Джордж Мередит , Ви Киланд , Роман Калугин , Элизабет Вернер , Гростин Катрина , Ариана Маркиза

Исторические любовные романы / Приключения / Проза / Классическая проза / Самиздат, сетевая литература / Современная проза