Читаем Милорадович полностью

До генерального сражения оставались считаные дни… Местом для оного было определено поле в районе небольшого — всего двадцать пять дворов — села Бородина, стоявшего на Новой Смоленской дороге.

Силы сторон оказались приблизительно равными, хотя долгое время в нашей историографии подчеркивалось наличие заметного численного превосходства противника. «Всего с ополчением было у нас налицо около 110 тысяч человек и 750 орудий; у французов же считалось 160 тысяч и до 1000 орудий, а затем еще разные части, шедшие к ним на подкрепление», — вспоминал Муравьев-Карский[911].

«В соединенных армиях насчитывалось около 115 тысяч регулярных войск, из них до 15 тысяч новобранцев-рекрутов, около 10 тысяч казаков и свыше 31 тысячи ополченцев» — написано в предисловии к книге «Бородино. Документальная хроника». Но если «регулярных войск», то при чем здесь иррегулярные казаки, а тем более — ополченцы, менее половины из которых имели ружья?

Далее в тексте указано: «Артиллерия соединенных русских армий располагала 640 орудиями. Неприятельская армия достигала 130 тысяч… Превосходя русских числом регулярных войск, армия Наполеона уступала количеством орудий и имела всего 587 пушек»[912].

Однако в энциклопедии «Отечественная война 1812 года» в статье «Бородинское сражение» написано: «Российские войска насчитывали около 150 тысяч человек (113—114 тысяч регулярных войск, около 8 тысяч казаков и 28 тысяч ратников ополчения при 624 орудиях). В состав регулярных войск входили 14,6 тысячи новобранцев, приведенных генералом Милорадовичем. Великая армия имела в строю около 135 тысяч человек при 587 орудиях»[913].

В книге же «Правда о войне 1812 года» численность русских войск вообще поднимается до «160 тысяч (вместе с казаками и ополченцами)», количество орудий — «648 против 587». Но силы Наполеона определяются в те же 130 тысяч человек[914].

Хорошо еще, что само расположение места, где произошло генеральное сражение Отечественной войны, сегодня — в отличие от мест многих иных баталий — не вызывает сомнений.

«Позиция, в которой я остановился при деревне Бородине в 12 верстах вперед Можайска, одна из наилучших, которую только на плоских местах найти можно, — доложил Главнокомандующий. — Слабое место сей позиции, которое находится с левого фланга, постараюсь я исправить искусством. Желательно, чтобы неприятель атаковал нас в сей позиции, тогда я имею большую надежду к победе. Но ежели он, найдя мою позицию крепкой, маневрировать станет по другим дорогам, ведущим к Москве, тогда не ручаюся, что может быть должен идти и стать позади Можайска, где все сии дороги сходятся…»[915]

Было весьма сомнительно, что Наполеон не станет атаковать — император-полководец привык решать судьбу кампаний в генеральном сражении. К тому же обходя русскую позицию, он неминуемо подставил бы фланги. Так что сражение на избранной Михаилом Илларионовичем позиции неминуемо должно было состояться. Хотя она была далеко не столь блестящей и потому совсем не такой для нас выгодной, как он это утверждал, да и полностью оборудовать ее перед сражением, к сожалению, не удалось.

«На конце правого фланга в лесу, в засеках и укреплениях находились три егерских полка под командой полковника Потемкина[916], которые по обстоятельствам не были в деле и имели от канонады весьма малый урон. Далее, к центру, II корпус Багговута из 2-й и 4-й пехотных дивизий. С ним в линии IV корпус генерал-лейтенанта графа Остермана-Толстого, из 11-й и 23-й пехотных дивизий. Сими войсками начальствовал Милорадович. Центр составлял VI корпус из 7-й и 24-й пехотных дивизий под предводительством генерала Дохтурова; далее, к левому флангу расположен был VII корпус генерал-лейтенанта Раевского[917] из 12-й и 26-й пехотных дивизий. Конечность левого крыла состояла из 27-й пехотной дивизии Неверовского и сводной гренадерской дивизии генерал-майора Воронцова. В резерве находились: III корпус генерал-лейтенанта Тучкова[918] (из 1-й гренадерской и 3-й пехотных дивизий), V корпус, в котором состояла гвардия, коею командовал генерал-майор Лавров[919], 2-я гренадерская дивизия и вся почти вообще кавалерия, состоящая при армии, ибо весьма небольшое количество оной расположено было в линии и на флангах. Резервная артиллерия была весьма сильная. Войска донских казаков находились на правом крыле. Двадцать тысяч человек прибывшего за два дня Московского ополчения разделены были по корпусам, сохраняя состав свой, в котором они образованы были, и употреблялись для принятия раненых и присмотра за ними»[920].

Итак, Михаилу Андреевичу было поручено начальствовать над войсками, прикрывавшими Новую Смоленскую дорогу — основной путь к Москве; в центре позиции стоял 6-й корпус генерала Дохтурова; левым флангом начальствовал генерал-лейтенант князь Горчаков 2-й, племянник Суворова.

Уже на поле к Милорадовичу прибыл новый адъютант — князь Вяземский.