Читаем Миллионер полностью

Дальше происходит самое интересное. Полиция обращается к встретившим вас хозяевам с вопросом: знают ли они, кто вы такой вообще? И получает шокирующий вас ответ: «Конечно, нет! Этот человек просто попросил довезти его до Лагоса, а больше нам о нем ничего не известно!»

Декорации меняются. Вас тут же пересадят в наручниках из лимузина в полицейскую машину и доставят в камеру предварительного заключения. На все требования связаться с консулом или послом вы получите только недвусмысленные улыбки в ответ. Что ты, мол, теперь дергаешься? Неужели не понятно, что ты, дорогой клиент, уже попал!

К вечеру прямо в камеру принесут факс и предложат отослать инструкцию в ваш банк о переводе денег на нигерийский счет. На всю операцию вам выделят не больше трех дней, а запрошенная сумма будет как раз соответствовать имеющимся у вас финансовым ресурсам.

Конечно, вам еще раз разъяснят, что спасти вас от тюрьмы не сможет ни один консул. А будете выступать, могут обвинить еще и в шпионаже, за который в солнечной Нигерии просто дают расстрел…

* * *

Меня тоже пытались «кидать», и неоднократно. Вспоминается, например, случай, который произошел с моим тезкой, небезызвестным Артемом Атальянцем. Я никогда в жизни с ним не виделся, но зато слышал о нем множество детективных историй, связанных с огромными деньгами, конфликтами с руководителями Краснодарского края и города Сочи, преследованиями, арестами…

Артем где-то достал мой лондонский номер и сам позвонил.

– Ты, конечно, меня знаешь! – без вступлений начал разговор Атальянц. – Я теперь советник по внешнеэкономическим вопросам премьер-министра Армении! А к тебе обращаюсь как к бизнесмену, поскольку знаю тебя по прессе, слежу за твоими успехами… Мне надо срочно перезанять пять миллионов долларов. Если дашь – через две недели верну десять! Ну что, интересно?

Я говорю:

– Ты скажи конкретно, в чем дело?

– Да это нельзя обсуждать по телефону, прилетай срочно в Париж!

– Нет. Не полечу я в Париж, не зная, о чем речь!

– Хорошо, тогда я тебе пошлю своего секретаря прямо в аэропорт Лондона Гатвик. Он тебе кое-что покажет, а потом мы созвонимся. Я уверен, что тебя это заинтересует!

Доехать до аэропорта особого труда не составляло. Пять миллионов долларов за две недели, ничего не делая, – это действительно приятно. Хотя, конечно, такого вне пределов России не бывает. Это я понимал очень хорошо.

И вот секретарь Атальянца, симпатичная женщина средних лет, показала мне копию очень интересного документа. Это была гарантийная расписка, своеобразный вексель, выданный госдепартаментом США диктатору Мануэлю Норьеге на сумму пятьдесят пять миллиардов долларов! Причем все было на месте: и печать госдепартамента, и подписи…

Об истории Панамы я имел самое смутное представление, и секретарю Атальянца пришлось восполнять этот пробел. Оказывается, Норьега узурпировал власть в Панаме и в 1989 году просто объявил войну США. Тогда американцы ввели двадцать шесть тысяч солдат на территорию Панамы, а Норьегу переправили во Флориду, где местный суд приговорил его к сорока годам тюрьмы по статье «отмывание денег».

– Вы понимаете, насколько американцы заинтересованы вернуть эту бумагу и уничтожить? – терпеливо объясняла мне дама. – А у нас есть подлинник, который мы храним в испанском отделении «Дойче банка». Господину Атальянцу американское правительство и «Федерал резерв» (опять!) предложили за него выкуп – два миллиарда долларов. Поскольку эти деньги должны пойти на укрепление экономики Армении, то на эту операцию есть личное поручение премьер-министра. (Разумеется, оно тут же было предъявлено.)

Дама внимательно смотрела на меня, пытаясь уловить степень моей заинтересованности и оценить произведенное впечатление.

– А при чем здесь пять миллионов? – спрашиваю я.

– Понимаете, проблема в том, что дело нужно провернуть очень быстро, а юристы требуют большие деньги, и как раз не хватает пяти миллионов на оплату их услуг. Господин Атальянц уже столько вложил в это дело собственных средств, что у нас просто больше нет. А без выплаты аванса юристы не хотят завершить работу.

Уловив в моем взгляде сомнение, дама, как заправский фокусник, одним движением вытащила из портфеля еще один документ, который должен был все прояснить. Это была бумага «Дойче банка», в которой подтверждалось: в банке на ответственном хранении находится сертификат, выданный на имя Мануэля Норьеги, на пятьдесят пять миллиардов долларов США, с печатями такими-то и подписями такими-то… Словом, полное описание предмета хранения…

А в качестве финального аккорда мне торжественно вручили телефон испанского отделения «Дойче банка», куда я мог собственноручно позвонить и убедиться во всем сам.

– Вы с ними непременно свяжитесь и назовите фамилию Атальянца! Они вам письменно подтвердят, что подлинник этого документа находится на ответственном хранении в их банке.

Дама очаровательно улыбнулась мне на прощание и улетела в Париж.

Не перезвонить Атальянцу было бы не вежливо.