Читаем Миллионер полностью

В России все время пытаются найти дурака с миллиардами, который будет их вкладывать в экономику страны, где все стоит в полтора раза дороже и при этом нет никакой стабильности, сплошное воровство и убийства, отсутствие гарантий возврата прибыли. Зачем везти доллар туда, где он дешевле? Его повезут туда, где на него можно больше купить.

Поднимая стоимость жизни в России, практически уничтожили рубль как денежную единицу и, естественно, следом за ним – все накопления людей. На замену привели доллар, который, как «неожиданно» выяснилось, в России не производится и печатается не в Перми, а в США. Значит, реально зарабатывать доллары можно было только за пределами России, а внутри страны вся экономика стала работать на их перераспределение между населением. Россия начала жить не по средствам, и поэтому итог был абсолютно прогнозируемый: люди тратили больше, чем зарабатывали, страна тратила больше, чем завозилось валюты. Вы понимаете, к чему это приведет, если рухнут цены на сырье, которые только и спасают Россию от глубочайшего кризиса?

Да, я это понимал. Мне была понятна позиция Брефа, так как в ней был смысл. Позиция и реформы Гайдара, которые я критиковал с первых же дней, были невнятными с самого начала. Это было слепое следование рецептам западных идеологов, которые не принесли благополучия ни одной стране: от Индии до Бразилии и Аргентины, где навязывалась система развития экономики Мирового банка. Только уйдя от опеки этих идеологов, страны стали бурно развиваться. Это исторический факт.

Та критика стоила мне тогда очень дорого. Ведь именно Гайдар инициировал мою травлю в 1992 году, помешав мне вовремя вернуться на Родину… Бреф продолжал:

– Чтобы решить задачу стабильности внутренних цен, надо было сделать два дела: во-первых, оторвать внутреннюю валюту от доллара, а во-вторых, настроить страну жить по средствам.

Это привело к тому, что у нас нормально заработала экономика и мы приобрели самостоятельность. Не только товары внутреннего производства нашли спрос и стали доступными для подавляющего большинства граждан, но и импортные товары в Русляндии стали более дешевыми, как ни странно это покажется на первый взгляд.

Чтобы оторваться от доллара, нам надо было сначала избавиться от рублей, которые «продались» американской валюте и из денег превратились в промежуточную бумагу, использующуюся при обмене валюты.

Вот мы и ввели рупель. Причем сразу две его модификации: один внутренний – «деревянный», или друпель, как окрестили его в народе, а другой для внешней торговли – золотой, зрупель – для прямых «интимных» связей с долларом, в качестве презерватива.

Почему в России все контракты на покупку экспортной продукции и сырья заключаются в долларах? Во Франции – в евро, в Англии – в фунтах стерлингов, даже в Монголии – наверное, в тугриках, а в России – в долларах? Это естественно, если закупки в других странах надо делать на валюту этих стран. Но почему контракты на продажу нефти, газа, алюминия из России заключаются в американских долларах?

Мы поняли, что это одна из тех глупостей, которая не позволяет рублю стать реально конвертируемой валютой. Конечно, только одна глупость из множества других…

Мы с самого начала предложили всем странам покупать у нас экспортную продукцию на золотые рупели. У нас уже имелась экспортная продукция, правда, в зачаточном состоянии, но все же некоторым западным фирмам понадобились зрупели для ее покупки. Они обратились в банки своих стран, и тем пришлось закупить у нас для своих клиентов местную валюту на доллары. Так зарубежные банки стали торговать зрупелями Русляндии с первых же месяцев образования нашего государства по курсу обмена Прянской биржи.

Если бы Россия пошла по этому пути, сбылась бы вековая «мечта» Министерства финансов РФ и в Перми начали бы печатать банкноты на местном бумажном сырье, которые автоматически продавались бы на доллары во всем мире.

Теперь о технологии введения золотого рупеля в Русляндии. Она должна была быть совершенно понятной и прозрачной в финансовом отношении с самого начала. Если бы этот процесс мы провели неправильно, зрупели могли бы никогда не сработать или превратиться в очередные чеки магазинов «Березка», которые уже существовали в СССР.

Главным было разумно обосновать перед всем миром количество валюты, которое мы намеревались напечатать. Золотовалютный запас страны тогда оценивался в мизерную величину. Это теперь у нас около триллиона долларов, а тогда было немногим более трех миллиардов! Прекрасно. Можно было взять любую цифру обмена зрупелей на доллары, прямо «с потолка» – допустим 100 к 1, и установить соотношение: один доллар равен 100 зрупелям. Таким образом, в первый год Русляндия имела право выпустить только 300 миллиардов золотых рупелей, обеспеченных государством, и ни жопейки больше! Что мы и сделали.