Читаем Миллионер полностью

– Дело в том, что я устанавливаю себе лимит выигрыша всего в тысячу долларов. Иногда даже в пятьсот долларов, если нет настроения. А бывает, что чувства мне подсказывают или астрологический прогноз, и тогда я опускаю лимит выигрыша до ста долларов. Я выбираю систему игры и, только ей следуя весь вечер, начинаю играть по маленькой ставке. Если проигрываю, то ставку увеличиваю вдвое, втрое, в десять раз. Это происходит до тех пор, пока я не выиграю установленную себе сумму. Иногда бывает, что я выигрываю свою тысячу в течение первых десяти минут, и тогда все. Я останавливаюсь и ухожу. Игра сделана, мне больше ничего от казино не надо. Иногда я бываю в минусе в полмиллиона долларов и больше, но в какой-то момент, при таких астрономических ставках, я обязательно возвращаю свой проигрыш и отбиваю свою тысячу.

– Значит, ваши выигрыши всегда составляют только тысячу долларов в день?

– Ну, нет, это не так. Очень часто, когда игра «пошла», я выигрываю, скажем, не точно тысячу долларов, а тысячу пятьдесят пять долларов. Тогда я откладываю тысячу в карман и забываю о всех других деньгах, которые у меня с собой. Как будто я пришел в казино с пятьюдесятью пятью долларами в кармане, и начинаю на них играть. Иногда таким образом я выигрываю сотню тысяч долларов и больше. Этот случай, кстати, реально был. Именно с этой суммы я дошел до ста сорока тысяч в итоге за один вечер.

Луис допил кофе. В небе кружились чайки, перед нами в порту стояли огромные белоснежные яхты, а над головами высоко на скале возвышался дворец принца Монако Ренье.

– Вот в такие моменты наступает самое интересное в моей профессии. Когда я уже отложил свой выигрыш, мне становится абсолютно легко. Все последующие деньги уже совсем не жалко проиграть. Тогда я начинаю играть раскрывшись. Как пьяный, без тормозов и без особой логики. Эти моменты очень приятны, даже если ухожу только со своей тысячей, а чаще бывает с десятками тысяч в кармане. Хватает себя обеспечить и накормить семью!

Я сильно задумался, что было бы, если бы я с самого начала все эти годы играл по правилам Луиса! Страшно представить! Я бы мог, пожалуй, догнать мадам Сью! Ну уж точно не потерять многих своих миллионов долларов в казино, которых я недосчитался за эти годы!

* * *

Многие игроки предпочитают играть по одной и той же системе, которая, возможно, когда-то принесла им удачу. Их можно условно назвать консерваторами. Я много наблюдал за ними, но сам так играть не могу. Я предпочитаю менять системы, особенно на рулетке, пока не попадаю на «выигрышную» именно для этого вечера или для этой конкретно рулетки. Это действительно так. Иногда можно выиграть, закрывая «сектора круга» по пять-десять цифр, расположенных по порядку на окружности колеса рулетки. Все эти цифры нанесены вперемежку, причем на американской рулетке цифры располагаются совершенно в ином порядке, чем на европейской. Зная эти последовательности, можно успеть расположить фишки правильно на столе рулетки, пока крупье не произнесет фразу: «Ставки сделаны!» – и шарик с затухающей скоростью будет совершать свои последние три оборота по колесу.

Помню, в Ницце в казино отеля «Меридиан» вошла пожилая пара. Они приблизились к столу, за которым я играл. Я запомнил большую черную сумку в руках у старушки, похожую на кошелку, когда-то бывшую в употреблении в СССР. Играть стал дедушка.

Максимально допустимой ставкой на один номер у этой рулетки было десять тысяч франков, он и попросил разменять ему полмиллиона франков фишками по десять тысяч. После этого дедушка начал ставить на цифру «восемь». Он ставил одну фишку прямо на цифру, еще четыре вокруг «восьмерки» и еще четыре по углам цифры «восемь». Таким образом, получалось, что перед каждым броском он делал ставку девяносто тысяч франков. Крупье все время бросал мимо «восьмерки». Через шесть бросков, за которые дедушка потерял четыреста пятьдесят тысяч франков, нам стало казаться, что пожилой миллионер просто не в своем уме. Я с состраданием смотрел на его бабушку, которая, впрочем, ничем не выдавала своего волнения.

И вот на седьмом броске выпала цифра «восемь»! Крупье, до этого снисходительно улыбавшийся своим коллегам, вздрогнул всем телом и смертельно побелел. Все за столом так и ахнули.

Сумма выигрыша составила один миллион четыреста тысяч франков! Пришлось выдать дедушке огромную гору квадратных фишек по десять и двадцать тысяч франков. Дедушка пододвинул эти фишки руками к краю стола, и тут подошла бабулька, которая распахнула свою кошелку и сгребла туда все фишки.

Парочка попрощалась и удалилась к выходу за своим чеком. Я с жалостью к своей мелочности и ничтожности посмотрел на стофранковые фишки, которыми играл. Вот это система!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Русская печь
Русская печь

Печное искусство — особый вид народного творчества, имеющий богатые традиции и приемы. «Печь нам мать родная», — говорил русский народ испокон веков. Ведь с ее помощью не только топились деревенские избы и городские усадьбы — в печи готовили пищу, на ней лечились и спали, о ней слагали легенды и сказки.Книга расскажет о том, как устроена обычная или усовершенствованная русская печь и из каких основных частей она состоит, как самому изготовить материалы для кладки и сложить печь, как сушить ее и декорировать, заготовлять дрова и разводить огонь, готовить в ней пищу и печь хлеб, коптить рыбу и обжигать глиняные изделия.Если вы хотите своими руками сложить печь в загородном доме или на даче, подробное описание устройства и кладки подскажет, как это сделать правильно, а масса прекрасных иллюстраций поможет представить все воочию.

Геннадий Яковлевич Федотов , Владимир Арсентьевич Ситников , Геннадий Федотов

Биографии и Мемуары / Хобби и ремесла / Проза для детей / Дом и досуг / Документальное
Моя борьба
Моя борьба

"Моя борьба" - история на автобиографической основе, рассказанная от третьего лица с органическими пассажами из дневника Певицы ночного кабаре Парижа, главного персонажа романа, и ее прозаическими зарисовками фантасмагорической фикции, которую она пишет пытаясь стать писателем.Странности парижской жизни, увиденной глазами не туриста, встречи с "перемещенными лицами" со всего мира, "феллинические" сценки русского кабаре столицы и его знаменитостей, рок-н-ролл как он есть на самом деле - составляют жизнь и борьбу главного персонажа романа, непризнанного художника, современной женщины восьмидесятых, одиночки.Не составит большого труда узнать Лимонова в портрете писателя. Романтический и "дикий", мальчиковый и отважный, он проходит через текст, чтобы в конце концов соединиться с певицей в одной из финальных сцен-фантасмагорий. Роман тем не менее не "'заклинивается" на жизни Эдуарда Лимонова. Перед нами скорее картина восьмидесятых годов Парижа, написанная от лица человека. проведшего половину своей жизни за границей. Неожиданные и "крутые" порой суждения, черный и жестокий юмор, поэтические предчувствия рассказчицы - певицы-писателя рисуют картину меняющейся эпохи.

Александр Снегирев , Елизавета Евгеньевна Слесарева , Адольф Гитлер , Наталия Георгиевна Медведева , Дмитрий Юрьевич Носов

Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Спорт
Павел I
Павел I

Император Павел I — фигура трагическая и оклеветанная; недаром его называли Русским Гамлетом. Этот Самодержец давно должен занять достойное место на страницах истории Отечества, где его имя все еще затушевано различными бездоказательными тенденциозными измышлениями. Исторический портрет Павла I необходимо воссоздать в первозданной подлинности, без всякого идеологического налета. Его правление, бурное и яркое, являлось важной вехой истории России, и трудно усомниться в том, что если бы не трагические события 11–12 марта 1801 года, то история нашей страны развивалась бы во многом совершенно иначе.

Александр Николаевич Боханов , Евгений Петрович Карнович , Казимир Феликсович Валишевский , Алексей Михайлович Песков , Всеволод Владимирович Крестовский , Алексей Песков

Биографии и Мемуары / История / Проза / Историческая проза / Учебная и научная литература / Образование и наука / Документальное