Читаем Миллион миров полностью

– Итак, подведём итоги, – негромко сказал Одиссей. – Ирелия не хотела, чтобы кто-то знал детали жизни её матери и детства. Она приложила усилия, чтобы скрыть их. Её интос нёс следы множества перенесённых страданий и полученных ран, и до сих пор хранит тайны, которые звезда никому не хотела раскрывать. Юная девушка, детство которой прошло в состоянии слабоумия, вместе с разумом вернула себе ненависть и желание отомстить. Но на своём пути она встретила Эндора, который перевернул её жизнь. Ирелия смогла возвыситься, добиться того, чего не добилась её мать. Стать не просто актрисой, не просто автором, а создателем шедевров и гипер-звездой нескольких тысяч миров. Исполнить мечту, к которой тянулась Оливия.

Фокс посмотрел на Ану.

– Вы уже начинаете догадываться, что странно в этой истории?

– Звездочёт был личным интосом не только Ирелии, – прошептала Ана. – Он принадлежал Оливии и перешёл по наследству. Его уродство и раны отражают страдания, которые перенесла… мать?

– Это правда, Звездочёт? – спросил Фокс.

– Да, – ответил демон.

– Но это не главная тайна.

– Нет, не главная.

Никто не пытался торопить Одиссея: всем требовалось время, чтобы осмыслить и принять, то, что уже было сказано.

– Это самое запутанное и слоистое дело из всех, что у меня были, – покачал головой детектив. – Каждый раз, когда удалось снять слой, скрывающий правду, под ним оказывался ещё один. Истина брезжила из-под этих слоёв, как рассвет на неподвижной планете, который не может наступить. Я понял, что чистой логикой это дело не раскрыть: слишком много фактов и противоречий, непрогнозируемое сочетание разных историй, которые сплелись в один финал. Но там, где логика бессильна, помогает мифотворчество. Что является истоком всех историй, Ана?

Девушка помедлила, думая про Ирелию, Одиссея, себя.

– Исток всех историй – наша жизнь, – ответила она.

– Вот и я так подумал. И понял, что настойчивые многолетние попытки Ирелии Кан в своих артах осмыслить тему ненастоящей личности происходили от того, что её личность была не настоящей. Она родилась умственно отсталой, с повреждённым мозгом. Биопластика восстановила мозг, когда девочке исполнилось четырнадцать лет. В этот момент она обрела разум, а мать стала слабоумной. Потому что Оливия заставила свою верную подругу, свою ручную ментальную нию, перенести её разум в тело дочери, обречённой на бессмысленную и никчёмную жизнь. И Хелла сделала это, как смогла.

Фокс повернулся к белой няше и продолжил говорить, ожидая, что та вмешается и поправит:

– Хелла много лет знала Оливию. Дитя ещё одной крайне неблагополучной семьи, она росла в трущобах. Оливия приютила и воспитала её, стала для Хеллы матерью и одновременно хозяйкой. Да, ментальные нии разумные существа, а не питомцы. Но их отношения с гуманоидами включают и этот аспект: они питомцы друг друга, это работает в обе стороны… Хелла росла, воспитанная Оливией, читала мысли нужных этноидов, проникала к ним в головы и помогала Оливии в её хитрых схемах. Всегда полезно иметь ручного менталиста. Когда они прилетели на Лосс, обе были полны надежд, им казалось, что они прорвались из мира нужды в мир вседозволенности. А затем на Оливию обрушилась кара. Но она скрыла от всех существование Хеллы. И Хелла была рядом, в её разуме, они прошла все круги ада вместе. Вдвоём выдержали всё. Но тело Оливии угасало. И поэтому Хелла поначалу пыталась воспитать и спасти её слабоумную дочку. А потом, когда стало ясно, что это невозможно и девочка обречена на растительную жизнь, две подруги решили попробовать другой путь.

Фокс развёл руками.

– Кто-то назовёт это противоестественным, кто-то ужасным, кто-то невозможным. А для Оливии и Хеллы это был единственный путь и единственный шанс выбраться из ада. Ния много лет жила со своей «человеческой матерью» практически в симбиозе, и много лет пыталась воспитывать и спасать разум её дочери. Она знала оба разума, обе личности, оба мозга от и до. Мне не известно, какие технологические средства они применили и какими ментальными путями прошли. Гамма говорит, что даже для опытных и сильных ментальных рас попытки переноса разума в большинстве случаев заканчиваются безумием и смертью. Но перерождение Оливии произошло. Она очнулась в теле своей дочери, полная жажды жизни и жажды мщения. С той же самой мечтой, что вела нищую девчонку всю её жизнь: дотянуться из грязи до звёзд и стать одной из них. И с тем же самым интосом, который перешёл из одной головы в другую, когда пересадили нейр. Хелла, насколько я близок к истине?

Ния давно закрыла глаза. Ей было нечему возразить и нечего добавить.

Фокс печально кивнул и продолжил: