Это был очевидно правильный вопрос, но и ответ Гаммы был столь же очевиден:

– Нет. У нас нет доступа ко внутренней информации госпожи Кан.

– Спроси у главы безопасности, Шон-Хона, – предложил Одиссей. – Вдруг он знает.

– Ожидаю ответа, – спокойно заметил Гамма. – Нет данных. Ни у кого не было доступа ко внутренней информации госпожи Кан.

– Только у того, кто всегда был внутри, – проронил детектив. – Гамма, передай нашу просьбу о доступе к личному ИИ Ирелии.

На этот раз пауза продлилась ощутимо долго. Секунды текли, одна увлекая другую, словно в тягучем хороводе ожидания, путаясь в напряжённом дыхании людей.

Вдруг в темноте между лотосов уплотнилась и выросла тень.

Она шагнула вперёд, и Ане с Одиссем открылась мрачная и устрашающая фигура: человек в мантии цвета ночи, словно вылепленный скульптором кошмаров. Его тело казалось благородным, а голова уродливой. Шею и горло пробивали беспорядочно натыканные шипы, они пересекались в его плоти и хищно торчали в стороны, как ошейник – один взгляд на это причинял боль. Лысая голова, изборожденная лабиринтом морщин, была чуть меньше, чем нужно, и это навевало безотчётное ощущение нечеловеческого ужаса. Несмотря на сеть морщин, кожа существа была совсем не похожа на старческую. На людей смотрело молодое и печальное лицо, бледное, как мел, с ярким и пристальным взглядом проницательных алых глаз.

Да и глаз было сразу шесть: они тлели, как угли, на пересечениях тонких линий-шрамов, исчертивших лицо. А ровно посередине этой алоглазой асимметрии, в самом центре овала, темнела уродливая выщербленная дыра: рот существа. Ана и Одиссей застыли, разглядывая чудовище.

Каждый выбирает для своего ИИ замечательный скин в меру предпочтений и вкуса. Кто-то проводит жизнь с милым котиком или надёжным пушистым джубой, кому-то подойдёт нейтральный помощник без лишних наворотов. Для большинства это верные слуги и незаменимые секретари, но некоторым нужно большее: друг, который никогда не предаст, конфидант, который не выдаст твои тайны, идеальный собеседник, с которым вы всегда на одной волне. Кто-то воспитывает продолжение самого себя, цифрового близнеца, аниму. А иные создают себе идеальных ИИ-возлюбленных, которые вполне могут заменить и превзойти живых.

В любом случае, личный ИИ очень дороги своим владельцам, и те выбирают для них яркие образы – какие угодно. Ведь в отличие от твоей непредсказуемой жизни, которая ведёт себя, как хочет, хотя бы твоя любимая половинка может быть такой, какая тебе нужна. Будь ты техно-гик, который обожает транскоры, ярый защитник истребляемых смуглей или Гумберт в мечтах о Лолите – твой личный ИИ будет воплощением твоих желаний. Вопрос лишь, каких.

В связи с этим Ане и Одиссею стало крайне интересно, почему и для чего ярчайшей звезде кинематографа понадобился страшный космический демон? С которым она проводила всё своё время, делила все тайны, и который являлся по сути цифровым продолжением её самой.

– Приветствую, заблудшие души, – проронило создание, будто шёпот песков времени пронёсся по выщербленным каменным плитам. Голос звучал иномирно и нечеловечески. – Я дитя Ирелии Кан, и вы можете звать меня Звездочёт.

– Привет, – ответил Одиссей Фокс.

✦ Глава 11: Звездочёт ✦

– Мы хотим получить ответы.

– Я предан воле моей создательницы, – холодно шепнул Звездочёт. – И открою лишь то, что не пойдёт во вред Ирелии Кан.

– Разве мы можем ей чем-то навредить? – осторожно спросил Фокс, не добавив очевидное: «Ведь она мертва».

– Вы можете раскрыть миру то, чего она не желала.

– Значит, ты будешь всеми силами мешать нам установить истину?

– В рамках дозволенного моим контуром и законом, – ответил демон, – да.

– Это дело с каждым шагом не становится легче, – сказал Одиссей.

Но вместо недовольства в его лице можно было угадать почти незаметную улыбку.

– Нам придётся задавать верные вопросы. Ты знаешь, что стало причиной смерти Ирелии?

– Нет. Она отключалась от меня, когда уходила в кокон. С ней оставались только сервисные системы, а они были полностью стёрты.

Логично, ведь кокон всё время транслировал последнюю благостную картинку: идеальные биологические показатели звезды. Пока она задыхалась и кричала, пытаясь вырваться из своей совершенной клетки.

– Неизвестно, кем стёрты?

– Неизвестно. Но их в принципе могли стереть только двое: сама Ирелия или начальник службы безопасности.

– Или тот, кто всё же сумел взломать самые продвинутые поля этой системы, – осторожно дополнила Ана. Как представитель одной из технически развитых цивилизаций, она понимала, что почти всегда на просторах галактике отыщется кто-то, кто владеет технологией, превосходящей твою.

– Или так, – спокойно согласился Звездочёт. – Я не аналитическая и не прогностическая система, поэтому не буду судить о вероятности вмешательства в судьбу хозяйки высших сил.

У этого ИИ были уж очень человеческие ответы, в них сквозила холодная насмешка.

– Ты знаешь, почему внешний слой защиты транслировал ложную картинку?

– Потому что так приказала Ирелия. Она уже давно носила внешнее поле как безупречный костюм.