Читаем Миллион миров полностью

Он прошёл через врата обратно на странный корабль мордиал и опустил Ану на пол. Тот весь состоял из переплетённых побегов и стеблей, Одиссею захотелось пройтись босиком. Он потянулся, чтобы стащить ботинки, но они внезапно пропали — просто исчезли без следа! Босые ступни вжались в пружинящую мягкость стеблей, и это было такое приятное ощущение, прямо из детства.

Ана изумлённо рассмеялась, когда её ноги оказались так же свободны, она пробежалась из стороны в сторону и закружилась вокруг. Фокс следил за ней, не отводя взгляд: когда Ана кружилась, её платье наполнялось воздухом и расцветало сильнее. Белые цветы вокруг девушки порозовели, а некоторые стали огненно-рыжими.

— Магия, — весело сказала она. — Надеюсь, Основатели не распылили мои туфли на атомы?!

— «Сверхразвитая технология неотличима от магии», — вспомнил Фокс.

— Значит, основатели владеют уникальной технологией контроля пространства, но ни с кем не делятся? И правильно делают! — одобрила бывшая принцесса. — Только представь, чего бы устроили мой папочка, цедары, геранцы или Орханский Квазарат? Да любая экспансивная цивилизация, получи они технологии Основателей и контроль над вратами.

Ана очертила руками расплывчатый тревожный жест, показывая, что грянула бы ужасная война за влияние и власть. Цветы рядом с девушкой тут же помрачнели, хищно изогнулись, на их стеблях проступили бронированные сегменты и шипы. Волна враждебности разошлась вокруг и угасала, цветки неторопливо возвращались к спокойствию и миру.

— Они реагируют на всё, что мы представляем, — удивлённо оглядываясь, выпалила Ана. — Это что, эмо-сад исполнения желаний?

Внезапно цветы вокруг девушки разом покраснели, а по её волосам прошла волна смущения и стыда. Потому что сиреневое платье начало на глазах становиться тоньше и прозрачнее, исчезая слой за слоем.

— Не смей! — вскрикнула она, закрылась руками, и метнулась за цветочный куст.

Одиссей, который просто любовался Аной, охнул и ударил себя ладонью по лбу. Он так засмотрелся на девушку, что начал угадывать её тело, обрисованное изменчивой тканью.

— Я не нарочно! — воскликнул он, отвернувшись и мотнув головой, чтобы привести мысли в порядок.

Ничего себе платформа. Каждая мысль, каждое желание их обоих будет тут же проявляться вокруг? Это вообще законно?! Перед глазами тут же предстал образ ослепительно-голой Аны, чёрт, как же ему на самом деле хотелось раздеть её и… Фокс взял себя в руки. Но было уже поздно.

— Ах ты!!! — взвизгнула обнажённая девушка, вся красная, высунувшись из-за куста. — Я тоже так могу! Вот тебе!

Штаны как ветром сдуло, а драгоценный свитер лучшего детектива галактики молниеносно расплёлся на ниточки и канул в никуда. Одиссей ахнул, ведь вместе со свитером исчезло несколько по-настоящему важных вещей и один рой астероидов. То, что сам Фокс оказался посреди сада с голой задницей, его не встревожило.

— Пфф, — надулась Ана, окинув его взглядом через рваную завесу листвы. — Это не одно и то же. Вечно у вас, мужчин, преимущества!

Если у Одиссея и были преимущества, он уже давно использовал их, чтобы делать добро другим.

— Сейчас, — пообещал он, и тут же сосредоточенно представил, как платье Аны возвращается, слой за слоем. Ведь она была в нём чудо как хороша, живой сиреневый цветок.

Ментальные контуры Основателей считывали настроения, мысли и желания гостей, а пространственные контроллеры воплощали их. Это действительно был сад исполнения желаний, но тем бережнее следовало загадывать их.

— Так-то лучше, — успокоилась Ана. Всё же ей было приятно и как-то даже успокаивающе узнать, что этот гениальный мужчина хотел самую банальную вещь на свете: красивую голую принцессу. — А твой дурацкий свитер я тебе не отдам. Сколько можно в нём ходить? Дай-ка…

Брови Фокса удивлённо поднялись, но он спокойно ждал развития событий.

— Вот, так гораздо красивее… кажется, — с торопливым смущением оглядев его, высказала Ана.

Одиссея охватила эластичная мембрано-ткань. Это был техно-костюм, в каких ходят пилоты экстремальных трейсеров: они сочетают практичность, минимализм и эффектный вид. Ведь комбез космогонщика должен и подчеркнуть его статус, и спасти жизнь. Костюмчик сидел на безупречной фигуре Одиссея как влитой, так что Ана не сдержалась:

— Вот, совсем другое дело!

Девушка убрала руки за спину, не подумав, что этим выдала себя с головой. Она только что пережила гормональный взрыв одновременно смущения и желания — ведь человек, в которого Ана по уши влюбилась, хоть и пыталась это отрицать, был совсем рядом. Её терзало желание схватить вихрастого парня… то есть, наставника… в общем, этого лиса, и затискать его до полусмерти, и пусть попробует отвертеться!

Желая это, Ана отвернулась и спрятала взгляд, поэтому в первые секунды не заметила, как стебли и цветы со всех сторон тянутся к изумлённому Фоксу и ластятся к нему, пытаясь обнимать и целовать. А когда девушка подняла глаза и заметила, она резко осеклась (цветы тут же испуганно отпрянули в стороны) и стала красной, как переспелая ходжарская ягода.

Одиссей с трудом сохранил спокойное лицо.