Потом студент почувствовал, как на глаза у него навернулись слезы. Все бы сейчас отдал, только чтобы эта тварь с приметной полоской на клюве прилетела назад! Тогда уж он ей покажет!

И тут вдруг молодой человек припомнил кое-что важное касательно птиц. Птицы не сразу отправляют пищу в желудок. У них есть зоб.

Глава 33

У кратера.

31 октября, 10:15

Поджав ноги к подбородку и втянув голову в плечи, Карен Кинг скорчилась в птичьем зобу, словно младенец в материнской утробе, и задержала дыхание. Мускулистые стенки плотно сдавили ее со всех сторон — не двинешься. Стенки покрывала какая-то скользкая слизь, и воняло — хоть топор вешай. Однако никаких едких пищеварительных ферментов тут не имелось — просто мешок для хранения запасов пищи перед тем, как та отправится дальше по пищеварительной системе.

Девушка поняла, что майна летит, — это чувствовалось по размеренному сокращению грудных мышц, приводящих в движение крылья. Высвободив в темноте руки, Кинг уперлась в упругую стенку и освободила немного пространства перед лицом и носом.

Сделала вдох.

Запах просто ужасный, от гниющих насекомых крепко несет какой-то кислятиной, но все-таки это воздух. В не слишком-то большом объеме, правда. Карен почти сразу кинуло в пот, и ее тяжелое дыхание участилось. Волной накатила клаустрофобия. Захотелось визжать. Собрав всю силу воли, она приказала себе успокоиться. Если она начнет визжать и барахтаться, то быстро израсходует весь кислород и тогда уж точно задохнется. Единственный способ остаться в живых — это сохранять спокойствие, особо не двигаться и растянуть запас воздуха на как можно более долгое время. Девушка выпрямила спину, уперлась ногами и поднажала. Зоб еще чуть раздался, открывая немного дополнительного пространства. Но воздух все равно иссякал с катастрофической быстротой.

Карен попробовала вытащить нож, но тот лежал глубоко в накладном кармане штанины. Не подобраться. Мускульная стенка, хоть и скользкая, никак не давала просунуть туда руку.

Черт. Без ножа никуда.

Взять себе на заметку: всегда потом носить нож только на шее, на шнурке. Если будет это самое «потом»… Кинг кое-как просунула руку вниз, плотно зажатая со всех сторон упругими, словно резина, стенками. Ухитрилась дотянуться кончиками пальцев до краешка кармана, шумно выдохнула, глотнула нечистого воздуха, закашлялась. Пальцы нащупали в кармане нечто вроде бутылочного горлышка — это еще что такое? Ах да — аэрозольный баллончик! С жидкостью того жука. Рик налил.

Оружие.

Скривившись от усилий, студентка пальцами потянула баллончик наверх.

В этот момент птица совершила в воздухе какой-то маневр. Зоб сжался и сдавил Кинг с такой силой, что выпустил весь воздух из ее легких. На миг наступила невесомость, чувство свободного падения. Крен, резкий толчок… Птица села на землю. Карен потеряла сознание.

Майна вернулась в ту самую точку, где поймала девушку, — проверить, нельзя ли чем еще поживиться. Она уставилась на Рика Хаттера, склонив голову набок.

Рик сразу узнал черную полоску на клюве. Та самая птица, которая проглотила Карен. Непонятно, жива ли та теперь или нет. Не исключено, что и жива. Парень взмахнул гарпуном и внаглую попер на майну:

— Ну давай, сожри и меня, трусливая тварь!

Масайский удар. Вот что щас получит это пернатое. Юный воин из племени масаи, мальчишка тринадцати-четырнадцати лет, может запросто убить льва простым копьем. Главное, умеючи. Вполне выполнимая задача, твердил себе Хаттер. Дело техники.

Птица поскакала ему навстречу.

Рик напряг взгляд. Оценил дистанцию и время подхода, проиграл в уме все свои движения, выставил копье под нужным углом. Надо обернуть силу и вес животного против него же самого, как охотники-масаи поступают со львами. Они подзуживают льва, чтобы он кинулся, и в самый последний момент подставляют под него копье, уперев его тупым концом в землю и присев на корточки — лев насаживается на острие сам собой.

Птица попыталась резко достать Хаттера клювом. В момент клевка он подставил ей под голову упертый в землю гарпун, нацеленный вверх, тут же быстро отпустил древко и метнулся птице под ноги, чтобы его самого не пристукнули.

Все прошло как надо — гарпун вонзился точнехонько в шею майны. Фактически она сама на него накололась. Скворец с торчащим из горла гарпуном попятился и затряс башкой, пытаясь его сбросить. Рик потихоньку отполз в сторонку и вытащил мачете.

— Ну давай, кто кого! — завопил он со всей мочи.

Карен услышала голос Хаттера. Это привело ее в чувство — в момент посадки девушку основательно сморило. Она попробовала быстро и глубоко дышать — может, хоть гипервентиляция добавит кислорода. Но воздуха катастрофически не хватало. Перед глазами у студентки поплыли разноцветные мушки — первый признак кислородного голодания. Внезапно она вспомнила про баллончик, так и стиснутый в кулаке, надавила на головку распылителя и ощутила жуткое жжение от окутавшего ее едкого аэрозольного облака. Зобные мускулы вокруг сжались еще крепче, разноцветные мушки слились в один сплошной туман и сменились черной пустотой…