Читаем Михаил Суслов полностью

С докладом выступил заведующий отделом науки ЦК Юрий Андреевич Жданов. Молодой Жданов (ему не было и тридцати), химик по образованию, критиковал «народного академика» и гениального мистификатора Трофима Денисовича Лысенко. Видные ученые-биологи давно доказывали, что деятельность Трофима Лысенко идет во вред сельскому хозяйству. Ни один из обещанных им чудо-сортов пшеницы так и не появился. Зато он успешно мешал другим биологам внедрять сорта, выведенные в результате долгой селекционной работы.

Но слова Юрия Жданова противоречили интересам влиятельного члена Политбюро Георгия Маленкова, который после краткого периода опалы вновь вошел в силу. Сталин поручил Маленкову курировать сельскохозяйственный отдел ЦК и назначил председателем Бюро Совета министров по сельскому хозяйству. Отказаться Георгий Максимилианович не посмел, хотя как городской человек, всю жизнь проработавший в партийной канцелярии, в сельском хозяйстве совершенно не разбирался.

Маленков не нашел иного способа изменить ситуацию в аграрном секторе, кроме как вновь положиться на фантастические обещания Трофима Лысенко. И Маленков доложил Сталину о выступлении младшего Жданова – со своими комментариями.

Вождь собрал членов Политбюро:

– Надо обсудить неслыханный факт. Агитпроп без ведома ЦК созвал всесоюзный семинар, и на этом семинаре разделали под орех академика Лысенко. А на нем держится все наше сельское хозяйство. Нельзя забывать, что Лысенко – это сегодня Мичурин в агротехнике. Лысенко имеет свои недостатки и ошибки. Но ставить своей целью уничтожить Лысенко как ученого – по какому праву? Кто разрешил?

Сталин повернулся к Суслову.

Михаил Андреевич заявил:

– Я не разрешал, товарищ Сталин.

Сталин зловеще произнес:

– Так этого оставлять нельзя. Надо примерно наказать виновных. Надо поддержать Лысенко и развенчать наших доморощенных морганистов.

10 июля старший Жданов ушел в отпуск, из которого уже не вернулся.

А Юрию Жданову пришлось написать покаянное письмо Сталину. Оно появилось в «Правде» 7 августа – в последний день сессии Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук, которая стала триумфом Лысенко. Доклад Лысенко Сталин правил лично.

Юрий Жданов писал: «Ошибка моя состоит в том, что я не подверг беспощадной критике коренные методологические пороки менделевско-моргановской генетики…»

Сталин не случайно заставил молодого Жданова каяться публично. Это был удар по репутации Жданова-старшего.

Андрей Александрович страдал тяжелой стенокардией. Плохо себя чувствовал, на совещания приходил с трудом, в буквальном смысле падал в обморок. И лицо – как у покойника. Его отправили отдыхать и лечиться на Валдай. Там Андрей Александрович узнал, что все кадровые дела уходят от него к Маленкову. Это был сталинский сигнал, означавший отстранение Жданова. 31 августа он скончался от инфаркта.

А 10 июля 1948 года Сталин произвел очередную реорганизацию аппарата. Отдел агитации и пропаганды вождь поручил своему новому фавориту – Шепилову. Суслов отныне руководил только отделом внешних сношений. Заместителем у него остался Борис Пономарев, который параллельно руководил Совинформбюро – Советским информационным бюро при Совете министров. В войну Совинформбюро сообщало о положении на фронтах, а после войны сконцентрировалось на внешнеполитической пропаганде.

В проекте решения Политбюро фамилия Суслова отсутствовала: товарищи по секретариату ЦК хотели от него избавиться. Но Сталин своей рукой внес правку: Суслов остается заведующим отделом внешних сношений. Зримый жест, свидетельствовавший о симпатии вождя. Задачи сусловского отдела были прежние: проверка кадров Министерства иностранных дел и Министерства внешней торговли, а также всех организаций, связанных с заграничными делами, и, конечно же, связи с зарубежными коммунистическими партиями.

Ровно через год, 20 июля 1949 года, Сталин вновь сменил руководителя отдела пропаганды и агитации и вернул на этот пост Суслова. А Шепилову предоставили полуторамесячный отпуск для лечения – в соответствии с заключением Лечебно-санитарного управления Кремля. Буквально через десять дней, 30 июля, Сталин назначил Суслова еще и главным редактором главной партийной газеты «Правда». Михаил Андреевич сменил Петра Николаевича Поспелова, который много лет руководил газетой.

Поспелов был догматиком и начетчиком, но как минимум однажды проявил редакторское предвидение – в январском номере 1942 года «Правды» поместил стихотворение Константина Михайловича Симонова «Жди меня», которое прочитала, наверное, вся страна. Это было больше чем стихотворение – это был символ веры. Это была молитва, заменившая отвергнутые социалистическим обществом молитвы. Обращение к высшей силе, которая только и может спасти любимого человека.

Из «Правды» Поспелова перевели директором Института Маркса – Энгельса – Ленина при ЦК КПСС. После смерти Сталина он станет секретарем ЦК и одновременно академиком, а потом вернется в ИМЭЛ.