Читаем Мифы Цивилизации полностью

По мнению современного филолога Векслера, идиш, наряду с общепринятым отнесением этого языка к германской группе, можно рассматривать и как 15-й славянский язык (его монография так и называется). Но между этими языками существовала и существует и обратная связь.

«Есть немало выражений, которые вошли в русский и украинский языки, причем многие даже не подозревают, что слова эти родом из идиша. Вот, например, «ксива». Оно так и переводится: «документ, свидетельство». Ксивэ — это еврейское квадратное письмо, а отсюда — красивые буковки и документ, то бишь ксива. Или «мусор». Не тот, который подметают, а другой — так порой зовут служителей порядка. «Мусер» на идиш значит, с одной стороны, «наставление, укор», а с другой — «предатель, доносчик».

На протяжении последних десятилетий буквально рядом с нами разворачивалась лингвистическая трагедия. На наших глазах, а точнее, в наших ушах, умирал язык, насчитывающий десятивековую историю. Мало кто это слышал, потому что языки уходят тихо. Из 12 миллионов говорящих на идиш (столько их было до Второй мировой войны) сегодня осталось меньше миллиона, и число их стремительно сокращается. Они просто вымирают, а новые поколения отнюдь не спешат осваивать «мамин язык» (именно так переводится «мамелошн», как часто называют идиш). А ведь когда-то на нем была создана большая культура и литература, самыми известными, но отнюдь не единственными представителями которой были Шолом-Алейхем и Ицхак Башевис-Зингер, лауреат Нобелевской премии.

Изгнанные из своей страны и языка, — считается, что в начале новой эры евреи были изгнаны из Израиля, и в странах своего проживания они создали несколько новых языков, приспособленных к местным условиям. Так, в Испании возник ладино — диалект на основе испанского, арабского и древнееврейского, в средневековой Германии — идиш. Придя в незапамятные времена на берега Рейна и обитая в окружении немецких племен, еврейские общины переняли один из диалектов народов, живших там в X–XII веках. При этом немецкие слова евреи записывали более привычными для них знаками иврита. Самая древняя запись на идиш датируется 1271 годом. Среди евреев была незыблемая на протяжении тысячелетий традиция: все мальчики обучались в школах — хедере и ешиве. Они поголовно знали грамоту, что было редкостью для средневековья. Обучение священным для иудеев книгам — Торе и Талмуду — велось на иврите. Это был книжный язык учебы и молитв.

Ситуацию в чем-то можно сравнить с латинским или древнерусским — они тоже ушли из повседневной жизни, сохранившись в основном в храмах и школах. А вот идиш у евреев стал домашним, уличным, разговорным языком. Бывало, что женщины, в отличие от мужчин, слабо знали иврит, а говорили только на идиш. До середины XIX века он считался у евреев языком второстепенным, «женским», «мамелошн».

Хотя еще в XIV столетии на нем начали создаваться литературные произведения — вначале стихотворные переложения текстов Ветхого Завета, затем драмы на библейские сюжеты (например, пьесы об Агасфере), притчи, сказки и огромное количество песен. После погромов в Германии в XIV–XV веках евреи целыми общинами переселялись в Польшу и далее — в Литву, Украину, Белоруссию, Россию. Здесь идиш перенял массу славянских слов и стал расходиться с немецким.

В XIX веке царское правительство решило ассимилировать евреев. Оно ввело запрет на многие профессии (так, они не имели права заниматься земледелием), запретило расселяться по Российской империи («черта оседлости» для беднейших слоев местечек). Были созданы т. н. «школы кантонистов», куда рекрутировали еврейских мальчиков, принудительно крестили и давали им русские фамилии. Замкнутый мир иудейских общин начал рушиться, суровая религиозность все чаще уступала новым для евреев мирским соблазнам.

Идиш как язык общения потеснил древний иврит. Почти все произведения еврейской литературы XIX — начала XX веков написаны на идиш, в том числе романы Менделе Мохер Сфорима, сатирические «анатомии» еврейских местечек Айзика Меира Дика, Мордхе Арн Шацкеса. Шолом-Алейхем (Шолом Рабинович) живописал быт артистов и художников из народа («Стемпеню»), рассказывал о простых людях («Менахем-Мендл», «Тевье-молочник», «Мальчик Мотл») или описывал Касриловку — обобщенный образ местечка XX век начался для евреев с небывалой волны погромов, когда погибли многие тысячи людей, сотни местечек были разграблены и сожжены. Поэтому приход советской власти, отменившей «черту оседлости» и дискриминацию по национальному признаку, евреи восприняли с воодушевлением. Но когда революция повернулась лицом к человеку, они закричали от ужаса. Погромы продолжались, во время гражданской войны местечки грабил любой проходящий по Украине воинский отряд, независимо от цвета реющего над ним флага. К тому же советская власть надумала одним махом решить давний спор между сторонниками идиша и иврита.