Читаем Мифы Ктулху полностью

Густой лес сразу поглотил меня. Стены сосен встали слева и справа, изредка уступая место полям, обнесенным шаткими-валкими изгородями. Возле таких полей частенько стояли бревенчатые срубы домов арендаторов или фермеров, вокруг которых носились растрепанные детишки и тощие псы.

Теперь же и эти срубы опустели. Их обитатели, если были белыми, уже перебрались в Гримсвилль. Если черными — ушли в болота или спрятались в тайные схроны городских ниггеров, по выбору. Так или эдак, пустующие жилища рождали у меня самые зловещие ожидания.

Напряженная тишина царила в сосновых лесах. Я не торопился, порой сворачивая с главной дороги, чтобы предупредить обитателей какой-нибудь уединенной хижины, тихо примостившейся на очередном отвороте ручья, густо заросшем кустарником. Почти все эти дома стояли в стороне от дороги. Белые не селились так далеко на севере, потому что в той стороне находится ручьевина Тулароза — и непроходимые болота, вытянувшиеся к югу бухточками, как указующие персты. Мое предупреждение было кратким — не нужно было что-то объяснять или вступать в перебранку. Не слезая с седла, я кричал:

— Уходите в город! На ручьевине Тулароза — беда!..

Лица бледнели, люди бросали свою работу, что бы ни делали. Мужчины хватались за ружья и сгоняли мулов, чтобы запрячь их в фургоны. Женщины связывали в узлы самое необходимое и созывали детей. Пока я ехал, слышалось, как поселенцы трубили в бычьи рога, собирая тех, кто ушел вверх или вниз по ручьям, зовя людей с отдаленных полей. Я знал, что так они предупреждают каждого белого в Ханаане. Сельская местность у меня за спиной пустела. Тонкими, но непрерывными потоками стекались люди в Гримсвилль.

Солнце низко висело над верхушками сосен, когда я добрался до сруба Ричардсона — самого западного жилища белых в Ханаане. Позади этого сруба лежал Перешеек — треугольный островок суши между Туларозой и Блэк-Ривер, лесистый участок, где стояли исключительно негритянские хижины.

Миссис Ричардсон озабоченно позвала меня с крыльца своего жилища.

— Привет тебе, Кирби, — сказала она. — Рада видеть, что ты вернулся в Ханаан. Мы весь вечер только и слышим, как трубят в рога. Что это значит? Это ведь не…

— Вам с Джо лучше бы собрать ребятишек и до темноты перебраться в Гримсвилль, — ответил я. — Ничего пока не случилось, а может, и не случится, но лучше подыскать пока местечко побезопаснее. Почти все белые уже в пути, остальные ведут сборы.

— Поедем прямо сейчас! — воскликнула она и сорвала передник. — Боже! Кирби, думаешь, они могут добраться до нас раньше, чем мы попадем в город?

Я покачал головой:

— Если черные вообще нападут, то сделают это ночью. Мы на всякий случай принимаем меры безопасности. Может, все еще обойдется.

— Могу поспорить, что тут-то ты ошибаешься, — заметила она, торопливо собираясь. — Я слышала, как бьют в барабаны у хижины Сола Старка. Снова и снова бьют, уже неделю кряду. Они призывают к большому походу. Мой отец много раз рассказывал мне о таком. Ниггеры однажды содрали кожу с его брата живьем. Рога трубят вверх и вниз по ручью, а барабаны бьют еще громче… Ты поедешь с нами, Кирби?

— Нет. Я отправляюсь на разведку в дебри.

— Не заезжай слишком далеко — вдруг угодишь прямо в лапы Сола Старка и его слуг. Боже! Где этот копуша? Джо! Джо!..

Когда я поехал дальше по дорожке, ее пронзительные крики еще долго раздавались у меня за спиной. За фермой Ричардсона сосны уступили место дубам. Подлесок стал гуще. Порывистый ветерок принес запах гниющих растений. Я случайно заметил негритянскую хижину, прикрытую низкими ветвями. Близ нее стояла тишина и было как-то пустынно. Брошенный негритянский сруб означал одно: черные собирались в Гесеме, в нескольких милях к востоку от Туларозы. И это тоже что-то да значило.

Моей целью была хижина Сола Старка — после бессвязного рассказа Кипа я решил наведаться в нее. Без сомнения, Сол Старк являлся ключевой фигурой в этой паутине тайны, с ним-то и нужно было иметь дело. Пусть я рисковал жизнью — кому-то в этих краях придется сделать всю трудную работу, иначе никак.

Солнце светило сквозь нижние ветви кипарисов, когда я добрался до жилища Старка — низкого сруба среди сумрачных тропических джунглей. В нескольких шагах позади него начинались необитаемые болота, среди которых темный поток Туларозы вливался в воды Блэк-Ривер. В воздухе повис тяжелый, гнилостный запах. Деревья обросли серым мхом, а ядовитый плющ разросся буйными зарослями.

— Старк! Сол Старк! Ты где, шельма? — выкрикнул я.

Никто не ответил. Первобытная тишь застыла над крошечной полянкой. Я спешился, привязал коня и подступил к грубой, тяжелой двери. Возможно, в этом срубе был ключ к тайне Сола Старка. По меньшей мере, в ней могли обнаружиться орудия и принадлежности его вредоносного колдовского искусства.