Читаем Мифология «голодомора» полностью

После советско-польской войны 1920 года, в результате которой Польше достались эти земли (ранее решением «мирового сообщества» переданные Украине), на Гуцульщину было переселено 16 тыс. семей польских колонистов, в основном, ветеранов той же самой войны. Им передали 600 тыс. гектаров земли (т. е. в среднем по 35 гектаров на хозяйство), при том что средний размер крестьянского хозяйства не превышал 5 гектаров. Вот и вопрос: колонисты — они что, целину поднимали? Позвольте не поверить.

Та же «УЩВ» отмечает, что польское правительство запретило гуцулам заниматься лесным промыслом. Зато колонисты начали хищнически вырубать леса, продавая древесину по бросовым ценам за границу. Результатом стали наводнения и еще больший упадок и без того захудалого сельского хозяйства. Львовские газеты сообщали, что на Прикарпатье население Западной Украины живет в жуткой нищете. В Калушском воеводстве есть села, где от голода вымирают целые семьи. В Чехословакии, тоже отхватившей себе кусочек Западной Украины, положение украинцев было не лучше.

В статье «15 тысячам детей на Закарпатье угрожает голодная смерть», напечатанной 3 апреля 1932 г., «УЩВ» пишет:

«Два дня тому назад оппозиционные депутаты в чешском парламенте заявляли, что голодная смерть угрожает 15 000 детей на Закарпатской Украине, а сообщения английских и немецких журналистов, которые недавно посетили эту провинцию Чехословакии, подтверждают факт, что все тамошнее население живет в состоянии невероятной бедности и невероятного голодания.

В этот день в разговоре с корреспондентом „Нью-Йорк Таймс“ один из послов Закарпатья Иван Куртяк говорил: „Журналисты не описали и сотой части той бедности и бед. В горных округах есть много сел, где всю пищу детей составляет малое количество овсяного хлеба и полусгнившего картофеля. В действительности на барских дворах свиней кормят лучше, чем тех маленьких существ. В целых округах с осени люди не видели кусок хлеба. В результате недоедания туберкулез распространился в устрашающих размерах… В большинстве сел ночью не увидите свет. Поезда проходят страной грустной и мертвой, похожей на кладбище“»[35].

И далее:

«Цены на домашних животных и имущество необыкновенно низкие из-за высоких налогов: корова — 3 долл., конь — 20 центов. Чешская власть виновата перед Украинским Закарпатьем и тем, что в эту бедную провинцию, где недостаточно хлеба для полумиллионного населения, переселила 50 тысяч чешских колонистов, в основном бывших военных и госслужащих, которые с жестокостью средневековых завоевателей осуществляют там политику чехизации и экономической эксплуатации»[36].

В самой Польше дела обстояли если и лучше, то не намного. В 1932 году в стране насчитывалось свыше 1 млн. безработных, из которых только 10 % получали пособие. С семьями выходило не меньше 3 млн человек — 10 % населения страны, а какая часть городского населения — то неведомо. В стране начались голодные бунты. В ноябре 1932 г. «УЩВ» назвала Польшу «страной виселиц, голода и самоубийств».

Вот только один факт, сообщенный польской газетой «Сила» от 9 апреля 1932 г.:

«В Здунской Воле (под Варшавой) крестьянин привез на ярмарку продавать 18-летнего сына, чтобы на вырученные деньги спасти от голодной смерти остальных членов семьи. Просил за него всего 50 злотых».

Вот сообщение из Вильно — этот город в то время также принадлежал Польше: