Читаем Мифология «голодомора» полностью

Почти тридцать процентов в возрастной группе 10–19 давали некоторые надежды на будущее — которые отчасти сбылись.

Впрочем, судя по следующей таблице, и города недалеко ушли.

Конечно, положение по стране было далеко не одинаковым. Например, Павел Бажов, кроме знаменитых «Уральских сказов» написавший еще и книгу о Гражданской войне на Урале, приводит некоторые сведения о жизни края. Так вот: там имелись деревни, где не было ни одного грамотного человека.

Теперь посмотрим, как обстояло дело с людьми образованными. О среднем образовании говорить не будем ввиду того, что по отношению к селу это бессмысленно. Поговорим о начальном.

В 1914 году в империи насчитывалась 80 801 школа Министерства народного просвещения, где обучались без малого 6 млн детей, да плюс к тому около 2 млн учились в церковно-приходских школах — около 5 % населения государства. В общем-то, учитывая, что речь идет о начальном образовании, вполне приличный охват. Правда, начальные школы тоже бывали разными — от одно- до четырехклассной.

То есть мы были правы, что занялись начальными школами — продолжит образование совсем уже ничтожный процент детей — в подавляющем большинстве дети сельской буржуазии, духовенства и богатых крестьян. В сельской местности, по данным на 1911 год, ближайший к 1914-му, учились 33,3 % мальчиков 7–14 лет и 14,2 % девочек, а всего 23,8 %. С учетом продолжительности обучения — совсем неплохо, но надо понимать, что речь идет, опять же, о грамотности, а не об образовании: чтение, письмо, четыре действия арифметики и Закон Божий.

Теперь вернемся на стонущую под большевистским игом Украину и посмотрим, как там обстояло дело с народным образованием.

А вот какая была динамика.

Численность учителей и учащихся в общеобразовательных школах УССР в 1928–1934 годах[29]

Как видим, в 1933 году за партами сидела почти пятая часть населения Украины — чуть меньше, чем было учащихся во всей Российской империи в 1914 году. Из чего, кстати, следует, что школы эти были, как минимум, неполные средние пополам с полными. Причем как авторы, так и большинство читателей, родившихся в СССР, без труда вспомнят, что на Украине украинский язык и литература в той или иной степени были обязательны к изучению для всех. Это к вопросу об украинизации и русификации.

А вот, для сравнения, пример с другой стороны границы. В 1931 году американская украинская газета писала о польской учительнице Марии Войцишальской, которая штрафовала украинских школьников на 3 гроша за то, что они говорили в школе на родном языке[30].