Читаем Мятежные души полностью

Калли припарковалась в двух кварталах от магазина. Фонари не горели, но она всё равно остановилась возле одного из них. В конечном счёте небо потемнеет, и она хотела этот нимб вокруг своей машины. Автомобиль был дерьмовым, но это её кусок дерьма. Иногда чувства безопасности оказывалось достаточно, чтобы свести концы с концами. Калли всё ещё была одета в светло-голубой верх рабочей униформы, но нашла на заднем сиденье чёрную толстовку и натянула её поверх. Сегодня светило солнце, день был ясным, но холодным. Мать Природа вытворяла фокусы. Калли поспешила вдоль квартала, игнорируя леденящий воздух, и свернула направо в переулок, который вёл к обители Заклинателя Душ.

Туристы толпились на улице. Шарахались от одного ремесленного магазинчика к другому и обсуждали статую Святой Каталины, которую видели возле кафедрального собора, и то, что их отель раньше был монастырём. Калли радовалась, что они не заметили, как она свернула в переулок. Она не хотела, чтобы они пошли следом. Не хотела, чтобы они обнаружили Заклинателя Душ. Не хотела, чтобы они считали это ещё одной причудливой достопримечательностью Джем Сити, вроде фестиваля воздушных шаров, или выставки стеклодувов, или возможности впервые попробовать позоле[6]. Прокат души — это не то действие, которое на память вклеиваешь в личный дневник. Заклинатель не продавал открытки, но Калли вполне ожидала от него, что он выдаст историю о древней культуре, которую конкистадоры принесли в эту местность ещё тогда, когда этим удалённым регионом правила пустыня.

Туристы обычно раздражали Калли. Они находили красоту в мешанине её города. Они считали, что злачные улицы, которых она избегала — те, что вызывали дурные воспоминания и наносили самые глубокие шрамы — были «аутентичными», а люди были такими «настоящими». Узел тревоги скрутил её шею. Если Дерека не окажется внутри, она склонна совершить какую-нибудь глупость. Она находилась на грани и могла или предложить выполнить ещё больше работы (бесплатно, конечно же) или ввязаться в словесную перепалку с Заклинателем, в результате чего её башка замёрзнет куда сильнее, а Дерека не окажется рядом, чтобы её урезонить.

Калли достала телефон из кармана и послала Дереку быстрое сообщение: «Буду через 30 секунд».

Мгновение спустя её телефон издал сигнал. «Мы сзади».

Калли надеялась, что означает, что они в мастерской Заклинателя Душ, а не на осыпающихся ступенях, которые вели к боковому входу в магазин. Там они нашли Каллена, и она совсем не готова к очередному визиту туда. Существовала причина, по которой она выбрала войти в магазин через главный вход, даже если это означало делить дорогу с толпами зевак и возможность, что кто-то заметит, как она направляется в переулки крошащегося бетона, разбитых бутылок и расколотых мечтаний — такие переулки, где души сдавались в аренду.

К счастью, мужчины оказались в мастерской сзади. Заклинатель Душ называл это место своим офисом, так что Калли отказывалась использовать это слово. Это мелочное упрямство, но когда расстановка сил настолько неравна, важна даже маленькая победа. Заклинатель Душ сидел на стуле возле массивного дубового стола, который занимал заднюю половину стерильного помещения. Сегодня он надел пурпурную пижаму. Его руки были скрещены на груди, отчего рукава задрались, обнажая несколько толстых золотых браслетов на каждой руке и арку чёрного контура. Калли показалось, что она различила рисунок птицы на его предплечье прежде, чем Заклинатель фыркнул, и рукав спустился на место.

Дерек упёрся ладонями в стол, и напряжение его предплечий указывало на то, что вес всего его тела подался вперёд.

Калли не знала, стоит ли ей заговорить. Они оба источали столько напряжения, что оно собиралось под потолком. Если она не будет осторожна, это напряжение достигнет температуры испарения и прольётся на всех них каплями тревоги. Калли сделала несколько шагов вперёд, намереваясь прикоснуться к спине Дерека в знак приветствия.

Но Заклинатель заметил её первым. Само собой.

— Не прошло и полугода!

Калли расстегнула толстовку, чтобы показать униформу под ней.

— Я приехала прямиком с работы.

— Это и есть твоя работа, — сказал он, точно не слушал её.

Калли собиралась просветить его, что такое трудоустройство, и как надо оплачивать время сотрудника, но тут Дерек повернулся к ней. Боль на его лице не просто вызвала сочувствие в её сердце; она потрясла Калли до глубины души. Из них двоих Дерек был непоколебимым. Он был скалой. Конечно, после того как они нашли Каллена, всё было зыбко, но…

— Только не очередной ребёнок, — её голос прозвучал почти мольбой, и Калли сама его едва узнавала.

— Нет, — его тон напоминал камень и наждачную бумагу.

— Мы этого не знаем, — поправил Заклинатель. Он явно был не в духе и решительно настроен сделать так, чтобы все присутствующие в комнате чувствовали себя в пять раз хуже его. — Мы не знаем, кому принадлежала эта кожа.

Калли понадобилось четыре попытки, чтобы этот вопрос всё же слетел с её губ.

— Кожа?