И тут Лорелея, оратор планеты Хайла, заговорила. Почти мгновенно Джеймс Кирк ощутил неодолимую энергетику ее слов, их точность и емкость, глубину и искренность выражаемых ими эмоций. Кирку казалось, что он то падает в бездну, то возносится к вершинам благоговейного экстаза, а затем что-то выворачивало его наизнанку или заставляло глаза слезиться – такова была сила слов, слетавших с уст Лорелеи. Впервые за все это время Кирк наконец-то понял, что же, собственно, замышляет Аммдон. «Энтерпрайз» – не более чем пешка в игре аммдонцев. Если «Энтерпрайз» войдет в систему Аммдона, вторжение ромуланцев можно будет считать свершившимся фактом. У Джурнамории не остается выбора, кроме как объединиться с Империей.

– Капитан, прекратите это немедленно, – зашептал Спок. – Вы возбуждены. Даже я чувствую силу ее слов, а воздействие их на экипаж вообще непредсказуемо.

– Но ведь она права, Спок! Как мы могли настолько заблуждаться! Послушайте! Она раскрывает перед нами истину, – Кирк наклонился вперед, весь превратившись в слух и не обращая внимания на возмущенное фырканье Зарва.

Дональд Лорритсон что-то быстро говорил шефу на ухо. Второй помощник посла, Мек Джоккор, безмолвно стоял в стороне, по-прежнему наслаждаясь сиянием прожектора.

А Джеймс Кирк слушал, действительно слушал, как никогда прежде.

– Она права, Спок. Мы должны…

Корабль вдруг содрогнулся, словно гигантский кулак схватил его и начал трясти. Несколько секунд спустя пронзительно завыли сирены, оглушая всех присутствующих в каюте.

Кирк вскочил на ноги и ударил по кнопке интеркома.

– Скотт, докладывайте! Что у вас там стряслось, проклятие!

– Сэр, – послышался дрожащий голос инженера, – мы потеряли магнитную емкость левого борта. Мне пришлось отключить энергию. Сэр, «Энтерпрайз» в смертельной опасности. Он может взорваться.

Глава 5

Бортовой журнал капитана; дополнение:

– Прежде необходимо надеть противорадиационный скафандр, капитан, – твердо заявил Спок, останавливая Джеймса Кирка у входа в машинное отделение. Над дверью зловеще мигали красные огни. Издалека по-прежнему доносилось режущее слух завывание аварийных сирен.

– Вся зона вокруг ВОРП-двигателей пронизана жесткими гамма-рентгеновскими лучами, испускаемыми раскрытой антиматерией.

– Принеси мне скафандр, – приказал Кирк проходившему мимо технику.

Тот как-то ошеломленно уставился на капитана, но повиновался, двигаясь, будто автомат. Кирк быстро забрался в громоздкий защитный скафандр, и к тому времени, как он нажал кнопку открывания двери, ведущей в залитую радиацией зону, Спок облачился в такой же «костюмчик». Оба осторожно шагнули в машинное отделение.

Первым впечатлением Кирка было то, что он стал жертвой грандиозной мистификации. Все вокруг казалось нормальным… пока он не увидел людей Скотта, усердно работавших у панели управления. Несмотря на выведенные почти на полную мощность автономные внутрискафандровые установки кондиционирования воздуха, пластиковые прозрачные забрала шлемов затуманились от чрезмерного потепления. Теперь, когда взору Кирка открылось зрелище трудившихся в поте лица членов экипажа, он понял, что ситуация далека от нормальной. Окончательно он убедился в этом, окинув взглядом счетчики радиации, установленные по всему периметру машинного отделения.

Цифровые показания приборов превышали все те, которые ему когда-либо приходилось видеть снаружи экспериментальных станционных лабораторий.

– Уровень всего лишь на несколько порядков ниже величины, достигаемой в центре рабочего модуля материи-антиматерии, – сообщил Спок. – Без скафандров мы умерли бы мгновенно.

– Где Скотт? Я хочу переговорить с ним.