Читаем Мятеж полностью

Из ниоткуда в мой разум вплыл другой образ, поблёкший и зернистый подобно старой фотографии. На секунду я подумала, что демон пытается показать мне что-то ещё. Я пригляделась к образу и увидела пару темноволосых людей, сидевших на скамье с маленькой девочкой между ними, которой было не больше десяти лет. Они втроём смеялись, и девочка указывала на человека, чьё воспоминание я созерцала. Девочка показалась смутно знакомой…

Я знала, что человек остаётся внутри после того, как вамхир берёт полный контроль над телом; мой опыт с Нейтом был тому доказательством. Но если бы не Нейт, я бы никогда не подумала, что человеческие души замурованы внутри вампиров. Нейт помнил большую часть своего непродолжительного пребывания в качестве вампира, за исключением обстоятельств, которые ему внушили забыть. Он всё ещё боролся с воспоминаниями. Должно быть, застрять в подобной ловушке внутри своего собственного тела, понимая, что смерть была единственным путём к твоему освобождению, было особым кругом ада.

Я снова посмотрела на воспоминание, и на этот раз я смогла ощутить боль и тоску, что прицепились к нему. Демон забрал девочку из семьи уже очень давно, и она всё ещё скорбит по ним и по жизни, что у неё украли.

В груди у меня всё стянуло, и я почувствовала, как слеза скатилась по моему лицу. Что со мной не так? Неужели я, в самом деле, плачу по вампиру?

Нет, не по вампиру. Моё сердце изнывало болью по девушке-подростку, которая так много выстрадала. Как бы я хотела помочь ей, но самое доброе, что я могу сделать для неё, это покончить с её ужасным существованием.

Ещё одно воспоминание всплыло мне навстречу. Я не хотела смотреть. Я не хотела чувствовать ещё больше боли девочки. Но затем знакомый мне голос наполнил мой разум, и я съежилась от своих собственных воспоминаний о нём. «Здравствуй, конфетка». Я вынудила себя посмотреть на воспоминание, которое она пыталась мне показать, и осколок страха проколол моё сердце, когда я увидела тёмные глаза Эли и очаровательную улыбку. Вампир, который пытался убить меня, был тем же, кто забрал эту девушку.

И тогда я ощутила это — тонкую связь, скованную между мной и безымянной девушкой, которую обратили за много лет до моего рождения. Мы с вампирами были заклятыми врагами, но с девушкой делили нечто такое, что выходило далеко за рамки этого. Наши жизни были навсегда изменены одним и тем же монстром. Но я была свободна, а она всё ещё страдала.

Внезапно я поняла, что мне надо сделать. Сработает это или нет, неважно. Во мне есть сила, способная высвободить эту терзаемую душу, и я не смогу отказать ей в этом. Не знаю, верила ли я в судьбу, но складывалось впечатление, будто некая великая сила привела этого вампира ко мне.

Демон неистово задрожал, и сердце запнулось, когда я собрала всю свою силу.

«Нет! — закричал он. — Ты сказала, что перестанешь».

«Я передумала», — ответила я, без единого укола совести.

И затем я нанесла удар.

Глава 22

— Будь оно всё проклято, Сара, не поступай так со мной снова.

Сбитая с толку, я открыла глаза и посмотрела в печальные глаза Николаса.

— Почему я на полу?

Он прижал меня к груди.

— Пятьдесят лет. Я сажаю тебя под замок на следующие пятьдесят чёртовых лет.

— Не могу дышать, — потрясённо выговорила я, и он осторожно опустил меня на пол.

— Как ты себя чувствуешь?

— Отлично, — я всё ещё пыталась понять, что делала на полу, и почему он так смотрел на меня. — Моя попа замёрзла.

Облегчение вспыхнуло в его глазах, и улыбка коснулась его губ.

— Мы не можем этого допустить, — и в следующее мгновение он уже сидел на полу, убаюкивая меня на коленях. — Лучше?

— Гораздо лучше.

Я прислонила голову к его груди, внезапно почувствовав себя уставшей. Боже, ну и ночка. Сначала встреча с матерью, которую не видела шестнадцать лет. И будто этого было недостаточно, на нас из засады напали вампиры. И потом…

Я резко вздёрнула голову. Девушка-вампир!

Кто-то рыдал, и это был самый душераздирающий звук, что я когда-либо слышала. Я завертелась в руках Николаса, пока не увидела, что происходило у него за спиной. В углу, свернувшись в тугой клубок, сидела вампирша. Только вот вампиром она больше не была. Отсутствие холода в моей груди подсказало мне, что я снова это сделала.

Я попыталась пойти к ней, но Николас не пустил меня.

— Это небезопасно.

— Безопасно, — я встретилась с его обеспокоенным взглядом. — Поверь мне. Она больше никому не причинит вреда.

Прошла ещё минута, прежде чем он с неохотой отпустил меня. Я подползла к девушке, которая съёжилась и стала плакать ещё сильнее.

— Шшшш, всё хорошо, — мягко нараспев произнесла я. — Теперь ты в безопасности и никто не причинит тебе вреда.

Всё её тело сотрясалось от рыданий, а агонию в её голосе было почти невозможно вынести. Я не могла представить через что она прошла и насколько ужасающим это было для неё. Я могла лишь попытаться помочь ей справиться с этим.