Читаем Мятеж полностью

— Твоя мать? Что бы твоей матери делать с?.. — её выдох потрясения был почти беззвучным. — Ты дочь Мадлен.

— Да.

Адель быстро оправилась.

— Ты совсем не похожа на неё.

— Знаю.

Она откинулась на спинку дивана, всё ещё держа фотографии в руках.

— Дочь Мадлен. Прощу прощения, что всматриваюсь, но за все годы, что я с ней знакома, она ни разу не говорила о дочери. Я знаю, что она была замужем за человеком несколько лет, но не о том, что был ещё и ребёнок.

— Я уже не ребёнок.

Её взгляд метнулся с меня на Николаса, и она понимающе кивнула.

— Похоже, что так.

Николас указал на фотографии в её руках.

— Расскажи нам свою историю с Мадлен.

Это была не просьба. Адель продолжительное время смотрела на фотографии.

— Та история, которую я тебе рассказала о том, что Мадлен спасла мою жизнь от вампиров, была правдой. Это случилось спустя несколько лет после нашего знакомства.

Она улыбнулась, будто вновь проживала воспоминания.

— Был 1971 год, и я жила в Сан-Диего, где и встретила Мадлен на вечеринке. Мы были единственными нелюдьми там, и нас привлекло в компанию друг друга. Мы тут же сдружились и несколько следующих месяцев провели в вечеринках и получая удовольствие от жизни. Это было лучшее лето в моей жизни.

— Когда я переехала сюда, она поехала со мной и пробыла здесь несколько лет, но затем сказала, что хочет попутешествовать. Она говорила, что всю свою жизнь провела в бастионе, и хочет посмотреть мир. Она годами путешествовала и между поездками возвращалась сюда.

— Она удивила меня, сообщив, что поступила в колледж в Мэне из всех возможных мест. Мадлен была больше авантюристкой, нежели ученицей, и она любила тёплые солнечные места. Примерно в это же время я потеряла с ней связь на несколько лет. Она прислала несколько писем, но на протяжении почти четырёх лет совершенно перестала навещать меня. Однажды, она вновь появилась и сообщила мне, что вышла замуж, но из этого ничего не вышло. Она никогда не упоминала его имя.

Я сглотнула горечь, что изливалась внутри меня. Мой отец любил Мадлен до самой смерти, хранил её фотографию на комоде и обручальное кольцо на прикроватной тумбочке. А она даже не потрудилась сообщить своей лучшей подруге его имя.

Адель подошла к серванту и наполнила себе бокал вина. Она предложила нам напитки, но мы отказались.

— После этого Мадлен стала другой, скрытной. Иногда в её глазах появлялась печаль, но всякий раз, когда я спрашивала её, она не желала об этом говорить. Я посчитала, что она всё ещё любила своего смертного бывшего мужа, и я оставила всё как есть. Мадлен продолжила путешествовать и возвращалась три-четыре раза в год, так было вплоть до последнего десятилетия. Сейчас я едва вижусь с ней.

— Что она рассказала тебе о Магистре, от которого бегает? — спросила я.

Адель едва уловимо стиснула пальцы вокруг бокала вина.

— Мадлен сообщила мне, что она столкнулась с Магистром, но больше ничего не рассказывала.

Я повернулась к Ориасу.

— Ты продавал гламуры Мадлен, чтобы скрыть её от вампиров?

Он высокомерно кивнул.

— Мои гламуры самые лучшие — лишь гламуры фейри превосходят их.

Николас скрестил руки на груди.

— Наши источники сообщают нам, что в декабре Мадлен направлялась сюда, в Лос-Анджелес, примерно в это же время Сара нанесла тебе визит.

— В туже ночь она пришла ко мне домой, — призналась Адель. — Я сказала ей, что юная фейри интересовалась о ней от лица её дочери, и она спросила, не шучу ли я. На следующее утро она уехала, и я не слышала и не видела её с тех пор.

Она лгала. У меня возникло искушение подойти и силой вытащить из неё правду, но я осталась там, где стояла. Они с Ориасом считали, что я была полнокровной Мохири, и я хотела, чтобы всё так и оставалось. Неизвестно было, что кто-нибудь из них сделает с этой информацией, если они обнаружат, кем я была на самом деле.

Адель поставила бокал на кофейный столик.

— Было очень приятно поговорить с вами, но боюсь, я должна просить вас меня простить. Мне надо провести много работы до открытия клуба.

Она знала куда больше, чем говорила, и я не хотела уходить, пока не узнаю всё. Прежде чем я смогла что-либо сказать, Николас поблагодарил её за помощь и повёл меня к двери.

— Что ты делаешь? — запротестовала я, после того как дверь за нами захлопнулась. — Она совершенно точно знает, где Мадлен.

— Да, и мы последние, кому она это расскажет. Очевидно, что они с Мадлен очень близки, и она не предаст свою подругу.

— Но она наша единственная привязка к Мадлен.

Николас одарил меня приводящей в ярость интригующей улыбкой, когда мы начали спускаться по лестнице.

— Я не сказал, что мы сдаёмся.

Мы вышли из клуба на прохладный вечерний воздух, и я расстроено вздохнула.

— Вероятно, Адель уже на телефоне с Мадлен и предупреждает её о нас.

— И это именно то, что мы от неё хотим, — сказал Николас, когда мы подошли к одному из трёх внедорожников, припаркованных через дорогу.

В двух других находилась команда Элайджа, которая отправилась с нами для прикрытия. Николас открыл дверь машины для меня. Как только мы забрались внутрь, он сказал:

— У нас всё нормально, Крис?