Читаем Между строк… полностью

Посмотрим. Я вокруг всему приелась.

Оборвала контакты. В лес ушла.

А там спокойно, тихо. Наблюдаю.

Вот и с тобою наша жизнь прошла…

Молюсь. Но мы прошли уже «по краю».

И знаешь, от компании приятной

Я ныне быстро стала уставать,

А раньше одной страшно, непонятно.

Куда себя, отшельницу, девать?..

Мне не ужиться боле уж ни с кем.

Да и с тобой, любимый, не ужиться.

Решил уходом множество проблем.

Вот только уж назад не возвратиться…

И знаю, мы увидимся ещё.

Так часто я о прошлом вспоминаю.

Мне в этой жизни очень хорошо.

О той, в раю пусть даже, не мечтаю…

Любил ли ты? Уверена, любил.

Любила я? Тоскую до сих пор.

Нам именно таким достался мир.

«Лицо к лицу»… Не видели в упор.

Лишь в памяти к тебе могу прийти.

От человека рядом стала уставать…

Воспоминания бесценные мои!

Осталось лишь в стихи вас воплощать…

***

Ты появляешься, бывает, в голове.

Воспоминания меня не отпускают.

Я чувствую порой, нужна тебе.

И изнутри вдруг стонет, подвывает.

Таких, как ты… Не встречу никогда.

Таких, как я, не будет в жизни этой.

Ах, первая любовь!.. Ох, как сильна!

Иль сердце так чувствительно поэта…

Так по тебе скучаю, от чего ж?

Да и узнать как много не смогу…

Меня ты до сих пор бросаешь в дрожь,

А я бывает, слабая, реву…

Не отпускает, лишь молитвой помогу.

Тебе там тяжело? Но что я здесь?..

Нам память вновь устроит рандеву.

Я зря тоскую. Но какая есть…

Да, нравится тебя мне вспоминать,

И по сей день так нравишься ты мне.

Невиновата, всё не то вокруг опять.

Ты появляешься, бывает, в голове…

В минуты эти ты пока со мною,

Я чувствую, как я с тобой сильна,

В воображении своём глаза прикрою

И ощущаю, что люблю я, как тогда…

Но ты – не боль, ты – снадобье скорее,

И память меня зельем опоит.

В мыслях с тобой мне на душе теплее,

Твоя Душа пусть только не болит…

И возвращаться пускай худо из примет,

Заводит меня прошлое к себе.

Я не давала Господу обет,

Но вот спешу я мыслями к тебе…

Сегодня я чувствительна особо,

Не удержать мне вспоминаний дорогих.

И мемуары издавать готова.

Ты появляешься… Но нет среди живых…

***

Ах, если б я могла тебе помочь…

Ох, если бы сказал, что умираешь…

Сидела б у кровати день и ночь…

Себя терзая, видя как страдаешь…

Однажды ты, мне помнится, звонил,

О ерунде какой-то поболтали,

И непривычно долго говорил,

О чём-то всё смеялись, вспоминали…

Уехать мне пришлось в края чужие,

И там узнала, больше тебя нет…

Казалось, что увидимся, живые ж,

А в памяти лишь мы «минувших лет»…

О, жертвенность! За что мне в наказанье?!

Себя я, разрушая, волоку.

Да, в меру пригодится состраданье,

Но я ж безмерно сожалеть могу…

Приходишь ты во сне, и я тревожусь,

Как будто неспокойно тебе Там.

Я в этой жертве самоуничтожусь,

Себя таская к тем «минувшим» нам…

Скучаешь?.. Всё придумала опять!

Так голову лишь выдумки пронзают.

Тебя мне хочется зачем-то навещать.

Потом дивлюсь, что мысли не пускают…

Себя я знаю очень хорошо,

Необходим «объект» мне для любви.

К тебе иду, живым порой на зло.

Но больше всё ж для жертвы и тоски…

Тебя, минувшего, безумно я любила.

Ушедшего никак не отпущу.

Так многое из прошлого забыла,

Но о тебе забыть всё не хочу.

Возможно, правда, так не одиноко.

Нас тянет, охраняет кто с небес.

Вот только эта жертвенность жестока.

Не так всё плохо… Было б лучше «без»…

***

Главной в жизни своей бедою,

Несомненно, любовь считаю.

Мы не встретимся больше с тобою,

Но, ты знай, по тебе я скучаю…

Снова вечер, задёрнуты шторы,

Дома так хорошо и уютно,

Но задвинуты нынче «запоры»,

Не случилось у нас обоюдно…

Не запутывай мысли, не надо.

По-простому помочь лишь хотела,

Только вышла такая досада,

Что подмога меня одолела.

Но случается в жизни иное,

И ход мыслей, казалось б, поменян,

Благодарна Вселенной – благое

Для меня припасла, не потерян

Тонкий путь, но в другие ворота,

А точнее в далёкое небо.

У меня всегда будет забота.

У меня есть то важное дело.

И забыть, права я не имею,

И нужна (ещё как!), знаю точно.

Разлюбить я уже не сумею,

И любить буду вечно заочно.

А вокруг их, реальных, хоть стройся,

Но не то всё. Ах! Если бы знали…

Сердцу, молвлю «Ты не беспокойся!

Не такое с тобой переждали…

Там, в той жизни, весёлой и звонкой,

Отгремели мы будто бы звоном

Колокольным, настойчивым, громким,

И сменились давно тихим стоном…»

Уж давненько я в прошлом бывала,

А тут вдруг неожиданно в гости,

Ощущаю, конечно, скучала,

В настоящем смешнее и жёстче.

Хотя, где там… В те годы лихие,

Я Его без ума покоряла!..

А теперь мы остались, живые.

Одного лишь Его потеряла…



***

Свою историю в стихи уже слагала.

Не вместе были на момент ухода мы…

Когда о гибели Его я вдруг узнала,

То стало больно… Сожжены не все мосты?

Он самой страшной был моей любовью.

Самой больной, сильнейшей, роковой…

Мы не общались уж лет восемь… Помню,

Как тяжело мне было… В прошлой жизни той.

…Тогда совсем не много лет мне было,

Он был красив, безумен, дико смел!

Я как увидела Его, в глазах поплыло,

Мне был понят сразу мой удел…

Бурлила жизнь!.. (Так мягко выражаясь)

Уверенно любила и ждала.

И думала, я всё смогу!.. Но каюсь.

Не всё в той жизни я тогда смогла…

Опустим мои тяжкие потуги,

То было в прошлом. Не об этом речь.

На связь с ним выйду за год, но недуги

Его не зная. Не решит вовлечь.

Общались мы недолго, перестали…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Точка опоры
Точка опоры

В книгу включены четвертая часть известной тетралогия М. С. Шагинян «Семья Ульяновых» — «Четыре урока у Ленина» и роман в двух книгах А. Л. Коптелова «Точка опоры» — выдающиеся произведения советской литературы, посвященные жизни и деятельности В. И. Ленина.Два наших современника, два советских писателя - Мариэтта Шагинян и Афанасий Коптелов,- выходцы из разных слоев общества, люди с различным трудовым и житейским опытом, пройдя большой и сложный путь идейно-эстетических исканий, обратились, каждый по-своему, к ленинской теме, посвятив ей свои основные книги. Эта тема, говорила М.Шагинян, "для того, кто однажды прикоснулся к ней, уже не уходит из нашей творческой работы, она становится как бы темой жизни". Замысел создания произведений о Ленине был продиктован для обоих художников самой действительностью. Вокруг шли уже невиданно новые, невиданно сложные социальные процессы. И на решающих рубежах истории открывалась современникам сила, ясность революционной мысли В.И.Ленина, энергия его созидательной деятельности.Афанасий Коптелов - автор нескольких романов, посвященных жизни и деятельности В.И.Ленина. Пафос романа "Точка опоры" - в изображении страстной, непримиримой борьбы Владимира Ильича Ленина за создание марксистской партии в России. Писатель с подлинно исследовательской глубиной изучил события, факты, письма, документы, связанные с биографией В.И.Ленина, его революционной деятельностью, и создал яркий образ великого вождя революции, продолжателя учения К.Маркса в новых исторических условиях. В романе убедительно и ярко показаны не только организующая роль В.И.Ленина в подготовке издания "Искры", не только его неустанные заботы о связи редакции с русским рабочим движением, но и работа Владимира Ильича над статьями для "Искры", над проектом Программы партии, над книгой "Что делать?".

Афанасий Лазаревич Коптелов , Виль Владимирович Липатов , Рустам Карапетьян , Кэти Тайерс , Иван Чебан , Дмитрий Громов

Проза / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Современная проза / Cтихи, поэзия
Наедине
Наедине

Ничто не может длиться вечно. Когда все складывается хорошо, твоя бдительность неминуемо ослабевает, и ты искренне полагаешь, что так будет происходить всегда. Многочисленные беды и невзгоды обойдут стороной твое счастье, родные и близкие всегда будут рядом и никогда не бросят на произвол судьбы. А самый большой твой страх — это предстоящая защита диплома. Я была уверена, что в моей жизни все только начинается, но всего несколько бесконечно долгих часов необратимо разделили ее на злополучные «до» и «после». Раньше у меня было все, а теперь в одночасье не осталось ничего. Достаток прежней жизни сменился тоскливым одиночеством и назойливым желанием дождаться скорого конца некогда красивой сказки со страшным финалом. Я поставила крест на своем бесцельном существовании. А потом появился он…От автора: В романе присутствуют откровенные сцены, сцены насилия, встречается ненормативная лексика. Возможны описания психологически тяжелых моментов. Героиню преследует человек, скрывающий свое лицо под маской жуткого клоуна.Внимание, возрастные ограничения 18+!

Наталья Юрьевна Гори , Юлия Амусина

Остросюжетные любовные романы / Cтихи, поэзия / Стихи и поэзия
Времена жизни. Избранные стихи и очерки о поэзии
Времена жизни. Избранные стихи и очерки о поэзии

Не всем известно, что известный русский прозаик, драматург и публицист Юрий Поляков дебютировал в литературе в 1974 году как тонкий и самобытный поэт, выпустив затем несколько книг лирики. Впоследствии романы-бестселлеры, острые статьи и пьесы, собирающие полные залы, заслонили от читателей его поэзию, хотя стихи автор «Апофегея» и «Козленка в молоке» не переставал сочинять никогда. Книга «Времена жизни» по-своему уникальна, это первое отдельное издание избранных стихов Юрия Полякова, написанных почти за полвека. Помимо известных текстов, в сборник включены также ранее никогда не публиковавшиеся стихи автора, в том числе смелые сатирические и эротические циклы. Кроме того, в книгу вошли: новая версия знаменитого мемуарного эссе «Как я был поэтом», статьи о поэзии и воспоминания о таких мастерах русского стиха, как В. Соколов, А. Дементьев, Е. Евтушенко, Н. Дмитриев и др.

Юрий Михайлович Поляков

Публицистика / Cтихи, поэзия / Стихи и поэзия