— Ты чего здесь? — вдруг спросил я.

— А ты чего? — сердито ответила она.

— Гуляю, — сказал я и стал насвистывать.

— Я тоже гуляю, — зло бросила она и повернулась ко мне спиной.

Я растерялся.

— Слушай, но ведь идет дождь.

Галка молчала.

— Ты можешь промокнуть, — сказал я и в это время еще несколько капель проникли мне за шиворот.

Галка молчала и не шевелилась.

— Надень плащ, — неожиданно для себя предложил я, снял плащ и накинул ей на плечи.

— А ты как? — Галка повернулась ко мне и смотрела уже не так зло.

— Я? — сказал я. — Я люблю грозу в начале мая.

— Но сейчас апрель, — улыбнулась Галка.

— А я люблю и в апреле, — весело ответил я.

Теперь на Галкином лице вместо улыбки появилось уныние.

— Ты чем-то расстроена? — спросил я. — Что-нибудь случилось?

Она покачала головой. Я понял, что если сейчас скажу, что это я тот самый мальчик из 6 "Б", который кладет в карман ее пальто пламенные письма, что из-за меня она торчит здесь и мокнет под проливным дождем, — если я сейчас ей все это скажу, она не поверит.

Дождь неожиданно прекратился. Молнии еще немножко пошипели, как раскаленные уголья, на которые плеснули водой, и затихли.

— Пойдем, — сказал я. — Дождь перестал.

Галка сняла мой плащ, стряхнула с него дождевые капли и протянула мне.

— Спасибо.

— Ну что вы, сеньора, для меня это пустяк, мелочь, — расшаркался я. — Хотите я для вас достану звезду? Не хотите? Тогда я залезу на столб, вывинчу лампочку и преподнесу вам.

— Это будет хулиганство, — строго сказала Галка.

Я сообразил, что именно в такие моменты люди проглатывают язык.

— Вот ты понимаешь, для чего мы учимся? — спрашивала Галка, когда мы шли по улице.

Я пожал плечами.

— Чтобы, когда вырастем, приносить больше пользы людям, — назидательно сказала Галка. — Кем ты хочешь быть, когда вырастешь?

— Не знаю, — сказал я. — Наверно, клоуном.

— А я хочу стать космонавткой, — улыбнулась Галка.

— Ты — космонавткой? — Я был поражен.

— Я очень люблю звезды, — тихо сказала Галка. — Я хотела бы побывать на всех звездах… До свидания, я уже дома. Спасибо тебе за плащ.

Тут она что-то вспомнила и снова помрачнела.

Назавтра Галка не отходила от вешалки. И мне никак не удавалось добраться до ее пальто. Но после третьего урока ее на минутку позвала вожатая Кира, и я положил в карман огненно-алого, уже сухого пальто новое письмо.

Мальчик из 6 "Б"

Галкина сияющая физиономия на следующей переменке рассказала мне, что она письмо прочла и очень обрадовалась.

На некоторое время я развязался с личными делами и можно было заняться общественными.

По всем показателям мой теперешний класс шел хорошо, но не было у него тимуровской работы. А без тимуровской работы первого места нам не видать. Так и сказал Витька Мелюх, наш председатель совета отряда.

Каждую переменку ребята придумывали, над кем бы взять шефство. Всех соседних стариков и старушек уже разобрали другие классы.

— А если снова пойти к Красовскому? — предложил Витька.

— Я же был у него, — зашумел Мишка Зайцев. — Такого вредного старикана поискать только надо. Я к нему: "Давайте мы возьмем над вами шефство". А он мне: "Вон отсюда, воришка". Он подумал, что яблоки я у него хочу стащить. Нет, к нему никак не стоит идти.

— А может попробуем? — вяло предложил Мелюх.

— Бесполезно, — ответил Зайцев.

— А если Коробухина послать? — вмешался в разговор Толька Дашкевич. — Он парень веселый, любого заговорит. А так — что делать? Без тимуровской работы нам первого места не видать.

Я как раз в это время списывал упражнение и краем уха слышал все, что говорили ребята. Когда назвали мою фамилию, я приподнял голову.

— Не сумеет Коробухин, — лениво протянул Мелюх, — ничего у него не получится.

— Получится, — неожиданно для самого себя сказал я. — Давайте адрес вашего старичка. Завтра же он будет здесь.

МЫ С ЧАПАЕМ ЛЕТИМ В АТАКУ

После уроков за мной увязался долговязый Мишка Зайцев.

— Так ты пойдешь к этому деду? — спросил Мишка.

— Пойду, а что?

— Я тебе не советую. — Мишка выжидательно молчал.

Я знал, что он сейчас сам все расскажет, и не задавал ему больше вопросов.

— У него собака во дворе — волкодав, — выпалил Мишка.

Я с интересом слушал.

— А дома на стене висит двустволка, вот, — запугивал меня Мишка.

— Я иду к нему как официальный представитель, а не за яблоками лезу. Тем более, что яблок сейчас нету, — отрезал я.

— А он не разбирается, — горячился Мишка. — Он сразу спускает с цепи собаку и бежит в дом за двустволкой.

Я обдумывал услышанное. Мишка понял, что я колеблюсь, и решил меня добить:

— Я тебя предупреждаю. Укусит тебя бешеная собака, месяц будут колоть.

Мишка решил, что я уже раскаиваюсь, и повернул к себе домой.