Читаем Между полностью

Ты был и остаешься моим вождем. Мой Вледиг. – Титул «Вледиг» у кельтов был скорее почетным прозвищем, чем обозначением реальной власти. Любому знатоку обычаев ясно: Сархад не сумел одолеть кабана – так какой же из него король?!

К песни «Песни лета»

Прекраснейшая из женщин на белой лошади – и бубенцы ее сбруи негромко звенят в такт шагам. – Как и Там Лин, Томас Рифмач (Томас Лермонт) становится возлюбленным королевы эльфов, отличающейся от Рианнон только тем, что у Рианнон имя есть, а у королевы из легенды – нету имени, увы.

…Только ныне рядом ты, славный менестрель. – Оно, конешшшно, менестрели и рыцари, идущие под венец, – жуткий анахронизм (да и к тому же экспансия германской культуры!), но давайте простим стихам это?

Всем ведь известно, как обратили брата нашего Гилфайтви в олениху, свинью и волчицу и родил он от тебя олененка, поросенка и волчонка! – Ох, вечно у Рифмача художественные неточности! Поросенка родил не Гилфайтви от Гвидиона, а наоборот, ибо Мат придал Гвидиону его истинный облик: свиньи.

Дважды лишил Гвидион силы дядю своего, короля Мата. – Подробности – в «Мабиногионе», ветвь четвертая.

Рога нынешних сохатых тогда сгодились бы лишь молодняку. – Автор не знает, как это перевести на высокое эльфийское наречие, но краткоживущие люди, избравшие профессию палеонтолога, зовут сего ископаемого оленя – мегацерос. Интересующие да залезут в любой справочник по палеонтологии, дабы узнать подлинный размер рогов Арауна. В общем, королевских рогов должно быть много!

Дальнейший рассказ Арауна тоже содержит в себе больше фактов из истории земель и народов, нежели легенд.

Белая всадница, ты едешь шагом – но и самый быстрый посланец не догонит тебя. – Вполне узнаваемо пересказано начало первой ветви «Мабиногиона».

Так пели птицы Рианнон тем семи воинам, что спаслись из Ирландии. – В основе этой песни Рифмача – эпизод из «Бранвен», однако в валлийском сказании ряд деталей существенно отличается.

Оставил Манавидан подводные чертоги, живет он у Придери в Дифеде, будто король людей. – Далее излагается третья ветвь «Мабиногиона», но, как всегда у Рифмача, весьма вольно. В кельтском оригинале причина скитаний Манавидана, Рианнон и Придери – не ее хитрость, а козни врага.

К песни «Выбор»

– Ты спрашиваешь меня о богах, Эссилт? – автор на всякий случай напоминает, что мнение героев может отличаться от его собственного.

…священные изображения белой лошади – Британия любит использовать склон холма для масштабной картинки. Самая древняя Белая Лошадь выложена близ Уффингтона (Оксфордшир) примерно тридцать веков назад. Самая молоденькая – Черхилл (Уилтшир), 1780-го года создания. Древнейшая настолько высокохудожественная, что некоторые считают ее волкодавом, а у сравнительно современной основное достоинство – ее юный возраст. Всё-таки наскальный (гм, нахолмный) рисунок восемнадцатого века – редкость в цивилизованном мире.

Он спустится на дно морское, он полетит за облака… – Кто не узнал цитату – я не виновата!

Жили два короля, добрый и злой. Злой соблазнил жену доброго, а она ради него погубила мужа. И злой тогда ее убил, потому что если жена предала одного мужа, то предаст и другого… – В очень сжатом виде изложена коллизия сербского сказания о родителях Кралевича Марко, главного героя эпоса южных славян.

Ху Кадарн? Ты? Могучий Пес? Ты – из прародителей и защитников людей? По твоему имени наш остров зовут Инис Кедайрн?! – О Ху Кадарне и Инис Кедайрне – строго по «Мабиногиону» (см. также примечание к песни «Теплая тишь»), а его отождествление с Седым… ну, я уже говорила в самом начале. Недаром Седой – единственный из героев, кто не носит кельтского имени.

К песни «Мороки»

три сына Нейтона – Гуистил, Рин и Ллидеу – Эти три сына Нейтона упоминаются в многоименном «Килохе», но больше о них не известно ничего, как и о Грудлоине Горре. К Ллидеу, другу Сархада, сын Нейтона отношения не имеет.