Читаем Метро до Африки полностью

Словно загипнотизированный коброй кролик, я покорно двинулась туда, куда меня тащила Тася, и сказала в объектив все приличествующие случаю слова. Когда теледеятели утащили аппаратуру, я спросила у Волковой:

– Теперь все?

– Огромное спасибо, – кивнула Тася. – А вот и Андрюша…

Через зал, смущенно улыбаясь, шел милый человек с растрепанными светло-русыми волосами.

– Здравствуйте, – приятным баритоном сказал он, подходя вплотную, – рад встрече.

– Вот и здорово! – обрадовалась невесть откуда появившаяся Динка. – Сейчас оттянемся, закусим… Дашута, водочки?

Меня передернуло от перспективы пить теплый алкоголь в жару.

– Нет, – быстро отреагировала я.

– Тогда коньячку, – наседала Динка. – Я отличный напиток купила. Недорогой, но замечательный.

Я подавила вздох. Не хотелось разочаровывать Дину, но мне-то хорошо известно, что качество спиртного напрямую зависит от его цены. Настоящий коньяк дешевым не бывает!

Перед моим носом появился пластиковый стаканчик, наполненный темно-коричневой жидкостью.

– Держи, – напирала Дина. – А вот и тарталетка с салатом на закуску.

Теперь понимаете, отчего я ненавижу тусовки? Мало того, что вас насильно пытаются напоить отвратительным спиртным, так еще заставляют слопать нечто, утопленное в майонезе.

– Спасибо, но я за рулем, – попыталась я решительно отбиться от Емельяновой.

– Граммулька не помешает, – не дрогнула Дина, – от чайной ложки тебя не развезет.

– Запах останется, – сопротивлялась я.

– Лучше возьмите стаканчик, – шепнул кто-то мне в самое ухо, – иначе она не отстанет. Жуткая прилипала!

Не зная, кто является добрым советчиком, я послушно протянула руку.

– Пей до дна… – затянула Динка.

Пришлось поднести стаканчик ко рту и глотнуть пойло, которое походило на благородный коньяк, как наш мопс Хучик на горного козла.

– А теперь тарталеточку – ам! – насела Динка. – Ну, открывай ротик!

От тарталетки нестерпимо несло самым любимым соусом россиян, который я просто не переношу. Ну скажите на милость, зачем заливать салат майонезом? Исчезает оригинальный вкус продуктов. Если тебе так нравится «Провансаль», то купи его себе и съешь с восторгом. При чем здесь ветчина, яйца, картошка и прочие ингредиенты?

– Давай, давай… – торопила меня Динка. – Нельзя ходить голодной.

Тарелочка с тарталеткой очутилась у моего носа.

– Ой, на улице, кажется, гроза началась! – воскликнул все тот же незнакомый голос, ранее посоветовавший мне взять емкость с бурдой.

Почти все присутствующие повернули головы к большому окну, но Динка не собиралась бросать свою жертву.

– Дашута, жри тарталетку! – приказала она. – Я считаю, что человек должен регулярно подкрепляться. Или ты из тех дур, что сидят на диете? Постоянно считаешь калории и боишься даже посмотреть на хороший кусок хлеба с маслом? Если так, ты довела себя до крайней точки, похожа на скелетину. Страдаешь булемией? Анорексией?

Ошеломленная яростным напором Динки, я помотала головой.

– Нет, просто не хочу есть.

– Так не бывает, – авторитетно заявила бывшая подруга, – человек всегда способен сожрать вкусненькое.

Я окинула взглядом фигуру Динки, состоящую из сплошных валиков жира, и еле удержалась от комментариев.

– Ну… за маму! – зудела Емельянова. – Впрочем, может, тебе, девушке богатой, эта пища кажется слишком простецкой? Или считаешь, что мы выставили тут тухлую дрянь, а? Презираешь нас, живущих от аванса до получки?

В голосе Дины зазвучали истеричные нотки. Присутствующие в зале люди, в том числе один фотокорреспондент, с неподдельным интересом посмотрели в нашу сторону.

– Полагаешь, что я сэкономила на фуршете? – перешла на визг Дина. – Андрюша дал мне деньги, а я дерьма накупила, потому что хотела новые туфли приобрести? Намекаешь на мою вороватость?

И как поступить в данном случае? Швырнуть картонную тарелку со злосчастной тарталеткой на пол и уйти с гордо поднятой головой? Но мне совсем не хотелось затевать скандал, а он неминуемо возник бы – Дина буквально закусила удила. Но почему остальные участники малоприятной сцены усиленно делают вид, что ничего не замечают? Тася и Андрей как ни в чем не бывало беседуют о правильном освещении картины, а около них, постоянно кивая, стоит незнакомая брюнетка. Похоже, это она дала мне совет не перечить Дине.

– Ешь! – топнула ногой Емельянова. – Хватит выеживаться!

Брюнетка исподлобья глянула на меня, потом, пользуясь тем, что истеричка стоит к ней спиной, быстро повертела пальцем у виска. Я взяла тарталетку и запихнула ее в рот. Все понятно – бывшая однокурсница не совсем нормальна, можно было и самой разобраться в ситуации. Разве адекватный человек устроит бучу из-за отказа пробовать угощение?

Жирный майонез растекся по языку, потом проявился вкус холодной картошки, крутого яйца и чего-то очень противного, давно мною не пробованного. Я на секунду замерла, попыталась не жуя проглотить тарталетку и в то же мгновение сообразила: салат сделан из печени трески, а у меня на нее аллергия. Не успела я осознать размеры бедствия, как в носу засвербило, в горле будто кошки зацарапали острыми когтями, к глазам подкатили слезы.