Читаем Метро до Африки полностью

В моей голове пронесся вихрь мыслей. Кондратьев заместитель полковника, хороший, опытный специалист, но, пока Александр Михайлович рулит отделом, для Витьки перспектив нет – место начальника оккупировано полковником. Конечно, я посмеиваюсь над толстяком, когда он дома создает штаб и пытается руководить домашними, но Дегтярев отличный профессионал, он служит на одном месте много лет, не убежал из органов даже в тот момент, когда их трясло, как мокрого хомяка под ледяным ветром. Генерал ни за что не уволит полковника, значит, карьера Кондратьева приторможена, и Витька это понимает. Но при всем своем профессионализме Александр Михайлович очень наивен в житейских делах, он искренне считает Витьку близким другом. Толстяк не понимает, что Кондратьев завидует ему.

Впрочем, не следует осуждать Кондратьева, он живет в стесненных обстоятельствах, не ладит с тещей, не рад рождению второго ребенка и не очень-то любит жену. Кондратьев считает полковника счастливчиком, который существует за счет богатой жены. И приходится снова и снова объяснять ему: мы просто друзья, капитал принадлежит Аркадию и Маше, а Дегтярев стал моим детям отцом, другого папы у них нет. Ох, не нравится мне звонок Кондратьева… Нос прямо чует неприятности, следует держать ухо востро…

– Отлично поживает! – воскликнула я. – Говорит, омуля наловил. Наверное, придумывает, привезет, как всегда, мелочь пузатую.

– Он где? – изумился Витька.

– На рыбалке.

– Послушай, хватит шутить. Я отлично знаю, что полковник решил подзаработать сыночку на ремонт и…

– Витюша, – перебила я его, – ну включи мозг! Тёма торгует брюликами!

– Полковнику, как всегда, повезло, – не удержал завистливого вздоха Кондратьев. – Получил сына готовым, пеленок не стирал, люльку не качал, и нате – детка в алмазах!

– И зачем Тёме материальная помощь?

– Я уже объяснял, у полковника комплекс плохого отца.

Я засмеялась.

– У Дегтярева прекрасное чувство юмора, он над тобой подшутил!

– Да? – растерянно поинтересовался Витька. – Александр Михайлович не ведет расследования?

– Конечно, нет! Он на Байкале. А тебя разыграл, нафантазировал про некое дело, даже один раз задание тебе дал, чтобы шутка выглядела как правда.

– А почему он мобилу отключил?

– Зачем ее в рабочем состоянии держать? – вопросом на вопрос ответила я. – Отдохнуть не дадут. Ты же первый ему названивать станешь! И потом, вспомни, ты мне сам сказал, что Дегтярев к тебе обратился всего один раз за справкой.

– Ага, – протянул Витька.

– А теперь представь, как бы полковник тряс тебя в случае настоящего расследования.

Витька протяжно вздохнул.

– Нам надо поговорить.

– Внимательно слушаю.

– Не по телефону.

– И о чем ты собираешься беседовать?

– Необходимо вызвать Александра Михайловича в Москву!

– Из отпуска?

– Да.

– Генерал требует?

– Нет.

– А кто?

– Неважно!

– Нет, Витюша, я тебе помочь не смогу. У меня нет его адреса, а сотовый, как ты только что верно отметил, у него отключен.

– Сказала же сама, что вы с ним общаетесь.

– Он мне сам звонит.

– Послушай, отдай мне свой мобильный, а? – сделал идиотское предложение Витька. – Полковник звякнет, а там я!

– Это невозможно.

– Почему? Купишь себе другой аппарат, – начал ныть Кондратьев. – Ну пожалуйста. Меня временно поставили на место Дегтярева, надо посоветоваться! Очень!

– Ты всегда хотел стать начальником, вот и попрактикуйся, – схамила я, глядя на окно квартиры Юли Моргаловой.

Мне показалось или там кто-то пошевелил занавеску?

– Очень надо, – стонал Кондратьев, – давай я приеду в Ложкино за аппаратом…

Я вскочила на ноги. Нет, определенно штора двигается, в квартире находится человек. У Моргаловой нет родственников, кто же там шарит?

– Ты дома? – не успокаивался Кондратьев.

– Нет, – случайно сказала я правду.

– Где же ты находишься в начале восьмого? А только что говорила, что дрыхнешь? – Витька решил поймать меня на лжи.

– Э… э… В Париже, – ловко нашлась я.

– Не понял.

– У нас дом во Франции, – вдохновенно врала я, – мы с Машкой сейчас на улице Ромуа, Дегтярев на Байкале.

– Вот черт! – буркнул Кондратьев. – Так хорошо слышно, словно ты в двух шагах от меня.

– Мобильная связь совершенствуется. Извини, у нас всего полшестого, спать хочется. До встречи! – прощебетала я и кинулась в подъезд, ругая себя на все корки.

Ну надо же оказаться такой дурой! Трезвонила в дверь Жуковой, удивлялась ее отсутствию, а она сейчас хозяйничает у Моргаловой. Ну, заяц, погоди!

Забыв о хорошем воспитании, я воткнула палец в звонок и со злорадством стала слушать, как за дверью дребезжит трель. Если Полина не поспешит в прихожую, я начну колотить в створку ногами!

Но дверь неожиданно распахнулась. Я хотела уже воскликнуть: «Привет, дорогуша, я соскучилась!» – но подавилась фразой.

На пороге стояла худенькая молодая женщина, в руках она держала тряпку.

– Вы кто? – одновременно воскликнули мы обе.

Потом незнакомка продолжила:

– Вам музыка помешала? Но я тихо радио включила. Неужели слышно?

– Какое право вы имеете находиться в этой квартире? Это жилплощадь Юлии Моргаловой, хозяйка умерла. Что вы здесь делаете? – свирепо спросила я.