Читаем Метро до Африки полностью

– Ну типа того, – кивнула баба Катя. – И очень среди своих известной. Похоже, она в самом деле чего-то умела, к ней люди толпами ходили. Вот и Зинка поперлась. Потом во дворе орала: «Думала, она мне поможет, а мерзавка соврала про невестку!» Наши тогда ее утешать стали, дескать, наплюй, будет у Костика другая жена, не змея, а нормальная женщина. Куда там! Зина решила, что Леокадия накаркала. Я вот, например, сразу поняла: ошиблась колдунья. Вот пообещай она дрянь-девку в жены парню, тут все точно было бы. Если чего плохое пророчат, отчего-то кажется: оно и правда.

Я отвернулась к окну. Почему человек устроен таким образом? Обязательно верит в неприятности, которые по большей части сам себе и предсказывает. Не зови беду, и она не явится!

– В общем, вышло по-иному, чем Леокадия наобещала, – вздыхала рассказчица, – год прошел, и невестка свекровь обокрала.

Я еще раз удивилась человеческой глупости. Хорошо предсказание – исполнилось через год. Когда-то судьба столкнула меня с одним типом, который зарабатывал на хлеб гаданием, причем дело он имел только с беременными – сообщал им пол будущего ребенка. Аппарат УЗИ появился относительно недавно, и, между прочим, кое-кто и в наши дни не хочет идти на исследование, боится, что оно отразится на здоровье будущего малыша. Так вот, тот предсказатель сообщал будущей мамаше с самой серьезной миной: родится мальчик. Сами понимаете, особого выбора у него не было, поэтому очень часто мужик попадал в цель. Но если к нему являлись через некоторое время обозленные родители и начинали орать: «Обманщик, шарлатан! Мы купили все голубое, а на свет появилась девчонка! Отдавай назад деньги за свои лживые предсказания!» – колдун моментально раскрывал амбарную книгу и весело отвечал: «Ребята, вы ошиблись. У меня, как в аптеке, глядите, напротив вашей фамилии написано: женский пол. Вы сами перепутали!»

Догадались, как действовал хитрец? Он озвучивал будущим родителям один пол ребенка, а в гроссбухе фиксировал другой. Простой до гениальности трюк позволял мужику иметь ежедневно хлеб с маслом и икрой. Но мошенник никогда не делал глобальных предсказаний, он занимался мелким обманом…

– Вот четырнадцатая квартира молодцы, – тараторила между тем баба Катя, – десять тысяч рублей не пожалели. Хотя… Небось Полинка это от радости.

Я снова подняла ушки на макушке.

– Юля конфликтовала с этой женщиной?

– Нет, нет, – замахала руками баба Катя, – они дружили, но в последнее время Сашка, муж Полины, частенько забегал к Юле. Жена на работе сутками сидит, а он у соседки чаи гоняет. Красиво?

– Нехорошие мысли приходят в голову, – согласилась я.

– Отсюда и десять тысяч, – закивала баба Катя, – большая сумма для медсестры. Небось Полька в сердцах Юле смерти пожелала, а теперь совестью грызется.

– Похоже, Юля со всеми в доме переругалась, – провокационно заявила я.

– Да нет, – возразила старушка, – Зинка к ней по большому счету претензий не имела, просто денег на похороны пожалела, вот про Леокадию и вспомнила, а с Полиной они дружили. Это уж мои предположения. Ну с чего бы девке такие деньжищи отваливать? Не иначе считает себя виноватой.

Я просидела у бабы Кати еще час, но больше ничего интересного не узнала.

В третьей квартире никого не оказалось, в четырнадцатой тоже, я постояла пару минут у запертой двери и вышла во двор. Женщин с колясками поубавилось, но Марина продолжала сидеть на скамейке.

– Ну чего, вернут нам бабло? – оживилась она, увидав меня.

– Скорей всего нет, я не имею никакого отношения к семейству Юлии. Кстати, вы не в курсе, где работает Полина? – спросила я.

– Жукова? – удивилась беременная.

– Из четырнадцатой квартиры, – уточнила я.

Марина ткнула спицей в сторону проспекта.

– Видите дом? Здоровущий, с колоннами… Там больница. Хорошо Полина устроилась, пешком на службу бегает.

– А в каком она отделении?

Беременная отложила вязанье.

– Хрен ее знает, мне это неинтересно.

В каждой клинике непременно отыщется окно с табличкой «Справочная». Я оперлась на небольшой прилавок, сунула голову в отверстие и увидела молодого парня, читавшего толстую книгу.

– Здрассти, – тихонько сказала я.

Юноша моментально отложил том.

– Что хотите?

– Я ищу медсестру Полину Жукову. Не скажете, где ее найти?

– Третья терапия, – ответил молодой человек и закашлялся.

Обрадованная неожиданной удачей, я пошла к лифту и увидела грозное объявление: «Кабина только для лежачих». Тут же прибыл подъемник, и люди стали набиваться в него, не обращая никакого внимания на табличку. Меня сначала втиснули в железный «пенал», потом выпихнули из него. Народу в больнице было как на вокзале, охраны не наблюдалось, никто не надевал бахилы… В клинике у Оксаны совсем другие порядки, там вас не пустят дальше лестницы без халата и пластиковых чехлов на туфлях, здесь же я прямо в уличной обуви попала в отделение и пошла по протертому линолеуму, стараясь глубоко не вдыхать смесь из «ароматов» хлорки и лекарств.