Наемник развязал тесемки, заглянул в горловину и ахнул. В мешочке было не серебро, не золото, не иридий, не вольфрам — в нем была платина! Да не монеты, а брусочки! Судя по весу, платины здесь было столько, что Лекс мог бы навсегда завязать со своей опасной и непредсказуемой профессией, купить замок, землю, крестьян и зажить в свое удовольствие. Оставался сущий пустяк — исполнить обет, данный носителю железного кольца. Он вынул из мешочка несколько брусков, завязал его и пододвинул к серокожему горму. Так поступали те, кто желал сохранить свой заработок до исполнения обета. Надежнее носителя железного кольца в Междумирье не было никого.

— Возьмите на хранение мою плату, — произнес Лекс.

— Беру на хранение твою плату до исполнения обета, — откликнулся кольценосец.

Уровень второй

Главным преимуществом Вислобрюха был мягкий бег. Благодаря своей шестиногости он не молотил копытами по дороге, как другие кони, а ставил их аккуратно, перенося вес на среднюю пару ног, прежде чем опустить переднюю и заднюю. Это его умение не раз позволяло Лексу уходить от погони, сворачивая в неожиданную для преследователя сторону. Вот и в этот раз он резко свернул с торного пути на еле заметную тропинку, что петляла между скальными останцами. Судя по громкому пыхтению, шипохвост проворонил момент, когда жертва увильнула. Лязгая когтищами по плоским камням, которые устилали горную дорогу, хищник помчался дальше.

Лекс с трудом перевел дух. Драться с шипохвостом ему не хотелось. В схватке с ним не помогла бы и нибелунская броня. Своими стальными когтями шипохвост умудрялся выковыривать из-под панцирей жесткое мясо черепаходонов, что уж говорить о хрупкой человеческой плоти. Да и Вислобрюху досталось бы, а потерять столь верного друга в самом начале долгого трудного пути означало заранее провалить все дело. Спешившись, Лекс обнял конягу за шею, ласково похлопывая по морде. Лязг когтей раздавался все тише. Шипохвост особым умом не отличался. Не обнаружив жертву, он будет мчаться по прямой, покуда не забудет, за кем гонится.

Оставалась одна проблема: куда двигаться дальше? Вернуться на прежний путь было нельзя. Шипохвост теперь долго будет торчать на дороге, покуда не встретит новую жертву. Хотя, кроме самых отчаянных путников и случайных полорогов, сюда редко забредает достойная этой смертоносной твари добыча. Возвращаться назад тоже бессмысленно. Кроме как через перевалы Дальнего хребта, к территории, занятой Великой Грибницей, было не подобраться. Хотелось надеяться, что эта вот тропинка выведет на обходную дорогу. Многолетний опыт профессионального наемника подсказывал Лексу, что в горах не бывает тропинок, которые бы никуда не вели.

Ведя Вислобрюха под уздцы, он осторожно двинулся по тропке. Удобной ее назвать было нельзя. Клыки скал торчали вкривь и вкось, иногда образуя не слишком высокие арки. Лекс опасался, что одна из них окажется настолько низкой, что им с Вислобрюхом будет не проползти. Однако пока Небеса миловали. Порою тропинка скатывалась вниз под таким углом, что приходилось изо всех сил упираться ногами и копытами, чтобы не покатиться кувырком с обрыва. Наконец тропинка расширилась и стала полого спускаться в узкую долину, зажатую между двумя горными террасами. На самом дне долины блестела под солнцем река.

Путник вздохнул с облегчением: если бы долина была замкнутой, река давно затопила бы ее, превратив в озеро. Спустя час они с Вислобрюхом были уже на дне долины. Коняга сразу направился к реке и принялся шумно хлебать воду, а его наездник стал осматриваться. Ничего подозрительного и опасного он не заметил. Долина выглядела необитаемой. Замшелые валуны были хаотично разбросаны по берегам неширокой речушки, ледяные струи которой шумели на перекатах. Кое-где торчали кривые чахлые кустики. Ни малейших следов, что обозначали бы присутствие человека или иных существ, Лексу заметить не удалось, поэтому он весьма удивился, когда услышал отчаянный крик.

Звук шел издалека. С той стороны, куда убегала, прыгая по каменистому руслу, река. Расстояние и солнечные блики на водной глади мешали разглядеть, что происходит, но, видимо, ничего хорошего. Лекс был наемником — выполнял разные щекотливые поручения за деньги. Выручать из беды несчастных не входило в его обязанности. Другой вопрос, что, не выяснив, во что именно вляпался тот, кто кричал, можно было угодить в беду самому. А это было бы крайне опрометчиво. Делать нечего, Лекс свистнул Вислобрюху и, когда тот, отшвыривая копытами гальку, подскакал, прыгнул в седло. Крик повторился. На этот раз ему вторил многоголосый грубый хохот.