Декларативное стремление фундаменталистов к установлению власти ислама во всем мире может показаться надуманным и, мягко говоря, абстрактным. Но мы должны учитывать, что это требование опирается на глубокую приверженность широких масс традициям ислама, и на веру правоверных фанатиков в обетованное им загробное блаженство. Таким образом, возникает опасное политическое сочетание, таящее в себе огромный разрушительный потенциал. Настойчивые призывы фундаменталистов к "демократизации в арабском мире" свидетельствуют о том, что исламские радикалы уверены в своей способности увлечь за собой широкие арабские массы. В некоторых случаях правомерность этого предположения была доказана со всей однозначностью; так, например, в 1992 году исламисты добились явной победы на выборах в Алжире, и алжирская армия была вынуждена ввести в стране чрезвычайное положение дабы предотвратить передачу власти "Исламскому фронту спасения".

В исламском движении так же, как и в среде панарабистов ключом к пониманию событий является идеология. Война Ирана против Ирака, носившая изначально оборонительный характер, превратилась со временем в борьбу за "освобождение святых мест", находящихся под властью "неверных", то есть в Израиле и в Саудовской Аравии (здесь необходимо отметить, что несмотря на приверженность Эр-Рияда традиционным формам исламского правления, несмотря на широкое применение предусмотренных Кораном жестоких наказаний, власть вахабистской секты воспринимается многими мусульманами как еретическая, поскольку ее учение противоречит некоторым общепринятым догмам ислама). Постоянное вмешательство Каддафи в дела Черной Африки также основано на идеологических установках исламизма. То же самое можно сказать о беспредельной ненависти ливийского лидера к США; Каддафи воспринимает Америку не как могущественного политического противника, а как "Великого Сатану", пытающегося совратить мусульманский мир с помощью развращенной культуры.

"Великий Сатана" – это выражение было привнесено в политический лексикон Ближнего Востока аятоллой Хомейни. Ради избавления от "тлетворного" западного влияния в Иране было свергнуто правительство шаха; ту же цель преследуют многочисленные акты насилия, предпринимаемые исламистами во всех концах земного шара. Страх перед возможностью исламской революции заставил правительство Саудовской Аравии осуществить убийство 400 иранских паломников в Мекке в 1987 году; пятью годами раньше угроза исламского переворота вынудила Хафеза Асада разрушить восставший сирийский город Хаму.

Корни ненависти арабов к Израилю

Соперничество между исламским фундаментализмом и панарабским национализмом, равно как и радикализирующее взаимовлияние этих движений, имело трагические последствия не только для арабов и мусульман. Отказ от любого иного варианта, кроме унитарного арабского государства или объединенной мусульманской державы, означал категорическое неприятие требований политической и религиозной независимости для неарабов и немусульман Ближнего Востока. Существующие разногласия не дают управлять объединенной региональной сверхдержавой, но в одном арабские лидеры согласны между собой все ближневосточное пространство должно находиться под безраздельной властью арабов-мусульман.

Такое единодушие в немалой степени проистекает из исламской формулы разделения мира на мусульманские владения и владения неверных: "Дар эль-Ислам", то есть "Дом ислама", с одной стороны, и "Дар эль-Харб", то есть "Дом войны", с другой. Согласно Корану, два этих "дома" находятся в состоянии вечного противоборства, и религиозный долг каждого мусульманина – содействовать победе над неверными. В исламских странах Коран отводит всем немусульманам безусловно подчиненное положение в обществе[197].

Со дней Мухаммеда арабская нация считает себя покровительницей ислама, и сегодня она не намерена отказываться от этого статуса. Но, как мы видели, на огромной территории от Атлантического океана до Персидского залива проживают многие другие этнические и религиозные группы, вовсе не желающие признавать превосходство и безраздельную власть арабов над собой. Эти группы, насчитывающие в общей сложности многие миллионы людей, составляют значительную часть того, что принято называть "арабским миром", однако панарабисты и мусульманские фундаменталисты не намерены считаться с их присутствием на Ближнем Востоке. Напротив, они считают своей задачей навязать этническим и религиозным меньшинствам политическую волю арабов-мусульман.