Читаем Место под солнцем полностью

– Ты ошибаешься. Серия о «Кокаиновом Береге» – это исключительная серия, это инициатива руководства газеты. Мы установили тесный контакт с пресс-центром полиции и с министерством юстиции, чтобы иметь доступ к уникальной информации. Так мы и осуществляем эту работу.

– Что будет с дневными корреспондентами? – спросила Анника и посмотрела на рабочее место Шюмана, заставленное компьютерами, курткой, сумками и бумагами.

– Они будут работать в отделе оформления номера, – ответил Шюман и ткнул пальцем в план, лежавший на полу. – Отдел криминальной хроники будет преобразован в редакцию обсуждений.

Анника встала и, не оборачиваясь, покинула стеклянную клетку главного редактора.

Ей было абсолютно все равно, на каком стуле она будет сидеть или какую статью писать. Муж оставил ее, и теперь дети проводили с ним столько же времении, сколько и с ней. Ее дом сгорел дотла, а страховые деньги оказались заблокированными. Сейчас она жила в трехкомнатной квартире в доме полиции на Агнегатан по устному распоряжению комиссара К., то есть на весьма сомнительном основании, и ее в любой момент могли оттуда попросить.

Она подхватила свои сумки и, покачиваясь под их тяжестью, отправилась по коридору в тесноту новостной редакции. Компьютеры занимали на столах все свободные места, и Аннике пришлось бросить одежду и сумки на пол рядом с рабочим столом. Усевшись в кресло, Анника подняла его выше, проверила соединение с Интернетом и написала письмо на почту комиссара К.: «Я переехала на новую квартиру, но пока не видела даже намека на контракт; поэтому извещаю, что намерена обосноваться на кошачьей ярмарке».

Это должно заставить его задуматься.

Потом она вытащила из кармана один из телефонов, набрала номер министерства и попросила соединить ее с пресс-секретарем министра юстиции, женщиной известной громким, пронзительным голосом.

Анника представилась и сказала, где работает.

– Мне хотелось бы получить комментарий министра относительно выдачи американской профессиональной убийцы по прозвищу Кошечка, – сказала она.

– Зачем вам нужны эти сведения? – спросила пресс-секретарь.

– Я знаю, что она была обменена на убийцу полицейского Виктора Габриэльссона, который содержался в одной из тюрем Нью-Джерси. Я хочу знать, зачем и как это сделано.

– Министр не дает комментариев по вопросам, касающимся государственной безопасности. – Пресс-секретарь заговорила механическим, равнодушным, как у робота, тоном.

– При чем здесь государственная безопасность? – возразила Анника. – Я просто хочу знать, что вы сделали с Кошечкой.

– Как я смогу с вами связаться?

Анника монотонно продиктовала номер мобильного и прямого телефона, по которым ей можно было дозвониться. Так, с этим покончено. Она нажала отбой и тотчас набрала номер коллеги Берит Хамрин. Берит ответила сразу.

– Ты уже деградировала? – спросила Анника.

– Под руководством Патрика, – беспощадно уточнила Берит.

В трубке слышался гул машин.

– Ты где?

– Еду по Е18.

В этот момент Анника увидела Патрика, идущего по коридору к редакции новостей с пачкой бумаг в правой руке и с трубкой во рту.

– Босс идет сюда, – тихо произнесла она. – Будет что-то интересное.

Анника закончила разговор, когда Патрик уселся за ее письменный стол. Она быстро отодвинула в сторону компьютер.

– Ну, черти натворили дел, – сказал новоиспеченный заведующий отделом новостей и пролистал принесенные распечатки. – Квартирный пожар в Халлунде, удушение газом целой семьи на испанском курорте и крушение автобуса в Дании. Начнем с автобуса, посмотрим, нет ли среди пострадавших шведов. Такая неприятность может случиться, потому что сейчас как раз группа шведских школьников возвращается домой с экскурсии в Тиволи.

– Лилиан Бергквист требует пересмотра приговора Филиппу Андерссону, – сказала Анника и включила компьютер, стоявший на коленях Патрика.

– Это уже старо, – ответил Патрик. – Мы это сделали намного раньше ее, когда раскрыли, что настоящая убийца – его сестра. Берит должна написать статью по этому поводу.

«Когда я раскрыла имя настоящего убийцы», – подумала Анника, но ничего не сказала.

– Убийство газом выглядит тошнотворно, – продолжил Патрик, роясь в листках распечаток. – Погибла вся семья, включая собаку. Подумай, что можно из этого сделать так, чтобы было читабельно. Надо обязательно указать кличку и возраст собаки. Люди интересуются Испанией. Эта страна настоящее место паломничества шведов.

– У нас там никого нет? – спросила Анника и вспомнила интервью, которое брала у загорелого человека с суровой улыбкой.

– Он уехал домой в Тернабю на Рождество. Пожар в Халлунде – материал холодный. Там, кажется, почти всех эвакуировали, так что мы не сможем дать фотографию тетушки Хедвиги, сидящей на пепелище на складном стульчике, или добавить чего-нибудь хорошего в эту смесь.

– Хорошо, – сказала Анника и подумала, что Патрик совершенствует свой словарь.

«Чего-нибудь хорошего в эту смесь». Господи помилуй.