Читаем Месть тьмы полностью

В общем, так они и нарезали круги по территории дома Костаса, пока вдруг не повезло Ашасу. Он вышел во дворик, из которого началось их путешествие в самоволку, где и был обнаружен Тимохиным, который нашёлся на втором этаже галереи. Там Саша оказался после долгих блужданий по дому, так как, направляясь к выходу, тоже свернул не туда, но из-за собственного упрямства не спрашивал ни у кого дорогу.

Обрадованные первым успехом, «близнецы» отправились искать третьего участника заговора. Правда, перед этим они попытались зачем-то разбудить Пенелопуса. Не сказать, что это удалось легко, но они справились. Уяснив, в чём суть проблемы, сатир пообещал мобилизовать на розыски всех слуг и шатающейся походкой поплёлся вон.

Гости из мира богов к нему не присоединились, продолжив поиски своими силами. И неизвестно к чему бы это привело, если бы, проходя мимо малозаметного коридорчика, они вдруг не услышали звучание греческой лиры.

Александру показалось, что мелодия очень уж напоминает «Гимн бретонских наёмников», а потому, не раздумывая, «близнецы» свернули на звуки музыки, где и наткнулись наконец-то на своего третьего компаньона. Долгоруков даже не сразу заметил, что его нашли, потому что был очень занят. Стоя, как говорится, буквой «зю», боком к ребятам, он самозабвенно…

– Он что, подглядывает в замочную скважину? – не поверил своим глазам Тимохин.

Такого ребячьего поступка от интеллигентного Всеволода никто не ожидал. А тот вдруг резко выпрямился и, делая непринуждённый вид, попытался спрятать пылающие уши и щёки. Заплетающимся языком, путаясь в словах и мыслях, высокий блондин постарался увести их от двери и конечно же добился прямо противоположного эффекта.

Подозрительно сощурясь, Тимохин отодвинул напарника и сам заглянул в замочную скважину. Дыхание у парня перехватило сразу же. За дверью была купальня. А в дырку для ключа можно было разглядеть Варвару и Марию, принимающих ванну.

Ну, само слово «ванна» здесь мало подходит, по сути, это был небольшой бассейн, в который падала вода из двух декоративных фонтанов. На бортике бассейна, боком к двери, сидела замотанная до подмышек в мокрую простыню хозяйка дома и играла на лире ту самую мелодию, что привлекла внимание ребят.

А лейтенант Воронюк явно наслаждалась покоем, погрузившись по грудь в пену, заполнявшую бассейн до краёв. Раскинув по бортику руки, она откинулась на лежащий у неё за головой матерчатый валик и, мечтательно глядя в потолок, слушала музыку.

Замерший от восторга Александр даже не сразу сообразил, что коллеги толкают его в бока с двух сторон, оттаскивая от наблюдательного пункта. Ашас требовал освободить ему место, чтобы тоже посмотреть, а Долгоруков просто хотел увести их обоих отсюда, из-за банального эгоизма. Типа, раз он больше не смотрит, то и другим не надо.

Тимохин же яростным шёпотом послал коллег тёмным лесом, светлым лугом и вцепился в ручку двери, не желая уступать плацдарм. Те применили грубую силу, стараясь спихнуть нахала с места. Завязалась тихая борьба, с упрёками, матерными обзываниями и витиеватыми оскорблениями.

Эту возню и услышали, несмотря на журчание фонтанов и звучание музыки, обе девушки внутри купальни. Мария, не переставая играть на лире, обменялась понимающим взглядом с Варей. Та ей подмигнула и начала томно потягиваться, заводя за голову руки. При этом правая как бы невзначай оказалась под валиком. Собственно, вот и всё…

Выхватив «рэп», лейтенант Воронюк, не целясь, всадила две пули в дверь чуть выше голов ребят, вогнав тех в полную панику. Услышав вопль Ашаса, девушка продолжила акт устрашения, прострелив дверь ещё два раза, но сместив прицел гораздо ниже. Горе-вуайеристы спешно ретировались…

– В следующий раз, придурки, буду стрелять прямо в яблочко! То есть прямо по яблочкам!

Уползающие «придурки» на минуточку успели переглянуться:

– Слышь, лысый, это она про тебя говорила.

– Не балаболь ты! – злобно огрызнулся Долгоруков. – Мне, тебе, всем нам. Валим быстрее.

Они успели вскочить с пола, намереваясь дать стрекача, как за их спинами раздался скрип распахиваемой двери, и строгий голос лейтенанта пригвоздил прохиндеев на месте:

– Стоять! Ханурики!

Неизвестно, что подействовало сильнее, угрожающий голос девушки или применённое ею любимое ругательство Сулинова, но все трое встали как вкопанные, не решаясь даже пошевелиться.

– Кругом! – прозвучала команда.

Медленно, без резких движений, ребята обернулись. Открывшаяся их взорам картина восхищала и пугала одновременно.

Восхищала конечно же сама Варя. Простыня, от подмышек до середины бедра намотанная на мокрое тело, явно не справлялась со своим предназначением, она не столько прикрывала, сколько подчёркивала спортивную стройность девушки.

Мокрые волосы, зачёсанные назад, открывали обзору маленькие симпатичные ушки и придавали лицу Варвары непривычный, но очень миленький вид. Любоваться такой красотой можно было бесконечно долго.