Читаем Месть тьмы полностью

– Отвали! – хмуро буркнул парень и уточнил у дока: – Значит, Шпак пользуется покровительством капитана Долорес?

– Да, – подтвердил тот. – Только она капитан Лигунова. Долорес – это имя и вкупе со званием не произносится.

– Скажите, доктор, – опять-таки осторожно влез в разговор Всеволод. – А как человек с такими характеристиками, как у Шпака, попал в протеже к старшему офицеру? Как он вообще попал в штат Комитета? Разве у нас нет психологов, которые проверяют людей на профпригодность во время вербовки?

– Ну, психологи конечно же есть, – ответил Борменталь. – Но Шпак был принят на работу в обход отдела кадров, по личной инициативе Долорес Франтиковны. Да-да, представьте себе, – добавил он, видя удивление на лицах собеседников. – Ему, честно говоря, светил тюремный срок по какой-то уголовщине. Но вместо этого в связи с ходатайством капитана его взяли в Комитет оперативником, на испытательный срок, который длится уже три года.

– Бардак! – злобно фыркнул Тимохин. – Кругом один блат и коррупция.

– Увы! – Борменталь вынужденно развёл руками. – Я бы сказал, что «вот в такое нелёгкое время мы живём», но это была бы неправда. Ибо эти два понятия – блат и коррупция – существуют в человеческом обществе испокон веков. И боюсь, что они неистребимы.

– Ну как неистребимы? – не согласился с ним Долгоруков, на которого порой накатывало желание подискутировать на социальные темы. – Всё зависит от социального строя. Вот если бы удалось построить коммунизм, не тот социализм, что был в СССР или что есть сейчас в Китае, а тот самый коммунизм, где от каждого по способностям, каждому по потребностям… Так вот, при таком строе коррупции просто не было бы места. Потому что там у руля стояли бы люди, заинтересованные не в личной выгоде, а в успехе общих предприятий и деяний. Следовательно…

– Да не мели ты чушь! – резко оборвал его Тимохин. – Где ты найдёшь таких людей, чтобы стояли у власти не за собственный интерес? Вся беспросветность человеческого общества в том и заключается, что к власти лезут алчные, корыстные люди, для которых понятия чести и совести вообще не существует. Только личная выгода толкает их на этот путь. Под выгодой я имею в виду не только денежный интерес, но и прочие соблазны: кому-то нравится слава и почёт, кто-то упивается ощущением самой власти. Но в любом случае спутники этих людей – тщеславие, алчность и корысть, а раз так, то никакого другого общества, кроме капитализма, с ними не построишь.

Всеволод, судя по его виду, готов был отстаивать свою точку зрения, но Ашас вовремя задал доктору насущный вопрос, положивший конец всем дальнейшим дискуссиям:

– Куда мы едем, док?

– За город, – просто ответил Борменталь.

– Видим, что не в центр. Но куда именно за город нас везёт этот катафалк?

– Уф! Зачем же так мрачно? – удивился доктор. – Поверьте, друзья мои, эта машина ещё никогда за всё время её эксплуатации не перевозила покойников.

– Не уклоняйтесь, пожалуйста, от темы, – сдержанно попросил двойник. – За сравнение с катафалком извиняюсь, но в остальном прошу вас не увиливать и ответить по существу. Куда нас везут?

– А сам не догадываешься? – раздался Варин голос. – Посмотри на дорогу, прикинь направление и пошевели мозгами. Ответ-то на ладони.

Тимохин переглянулся с двойником, нахмурился, но и ему ничего не пришло в голову.

– Блин! – выругался он наконец, сбитый с толку. – Ну не в «Тинаки» же нас везут, в самом-то деле. Не время сейчас по санаториям прохлаждаться.

– Ох, Тимохин! Тёмный ты человек! – разочарованно вздохнула Варвара. – На аэродром нас везут, в «Приволжский».

– На военный аэродром? – не поверил Долгорукий, и Саша вслед за ним повернулся за подтверждением к доку. – На фига? Что мы там забыли?

Борменталь с каким-то сожалением пожал плечами и, суетливо достав из борсетки второй конверт, протянул его лейтенанту.

– Вот, Варвара Андреевна. Новый приказ для вашей группы. Я его не читал, но могу быть твёрдо уверенным, что с патрулирования на правобережье вас снимают. Мне поручили забрать вас с инструктажа и, доставив на аэродром, передать с рук на руки майору Сулинову. Могу предположить, что вас прикомандировали к его батальону на всё время операции.

С некоторой долей сочувствия взглянув на лица внештатников, он добавил:

– Да, друзья мои, похоже, вас отправляют в зону боевых действий.

– Только через мой труп! – проревел майор, перекрывая мощью своего голоса царящий на аэродроме шум. – Слышишь, только так и не иначе. Я не возьму с собой на операцию эту цирковую труппу!

– Анатолий, успокойся, – увещевал его Борменталь. – Всё не так уж и плохо.

– Не так уж и плохо?! – не унимался Сулинов. – Да хуже и быть не может! Я этот сумасшедший квартет и в баню бы с собой не взял, а ты требуешь от меня тащиться с ними на боевые действия!