Читаем Месть полностью

Трудно противостоять глубоко укоренившимся романтическим представлениям о честности государства, в которое люди верят и которое они поддерживают. Точно так же трудно поколебать их веру в профессионализм и благородство разведывательных служб вообще и Мосада в частности. Я к этому и не стремлюсь, во всяком случае теоретически. Я уже указывал в своей книге, что тоже поддерживаю Израиль и считаю Мосад по всем критериям одним из лучших агентств в мире. Романтические представления с действительностью не согласуются. Все агентства вынуждены пользоваться услугами того, кто их представляет. Все агентства иногда действуют непрофессионально и в некоторых случаях даже на любительском уровне. Секретные службы, в том числе и лучшие из них, сплошь и рядом прибегают к методу проб и ошибок. Удача и благоприятное стечение обстоятельств играют немалую роль в самых успешных операциях, точно так же, как заблуждения, неопытность и канцелярская волокита нередко являются причинами ошибок. Все время от времени прибегают к сомнительным приемам. И, разумеется, есть агенты просто плохо к своей роли подготовленные. Есть среди них и сомнительные личности, на лояльность которых рассчитывать трудно. Немногие из агентов похожи на героев, о которых пишутся романы. Все разведывательные службы в своих взаимоотношениях с агентами в той или иной степени прибегают к методам принуждения и даже к обману. Примеров этого и в литературе очень много.

Все рассказанное Авнером случалось и ранее. Это, разумеется, не аргументы в пользу достоверности его рассказа. Однако опровергает утверждения тех, кто говорит, что Авнер лжет по той мол причине, что подобных вещей в природе не бывает.

«Истине приходится с трудом пробивать себе путь, поскольку в сознании людей легенды пускают глубокие корни и к тому же отвечают нашему стремление к героическому, — писал в книге «Рассказы о шпионах, обыкновенных и выдающихся» бывший директор ЦРУ Аллен Даллес, у которого было для подобных высказываний достаточно оснований.

То обстоятельство, что Израиль никогда официально не подтвердил факта существования ударных отрядов и тем более не распространялся на тему о методах, которые они используют в своей деятельности, не может повлиять на степень доверия к рассказу Авнера.

Репортер «Таймс» в Нью-Йорке Филип Таубман, который начал полемику по поводу «Мести» 2 мая 1984 г., указывает: «Израильские официальные лица и прежде, и теперь, в частном порядке подтверждали, что Израиль после убийств в Мюнхене начал организовывать отряды, которым вменялось в обязанность убивать палестинских террористов. Тем не менее публично Израиль всегда это отрицал».

Такая позиция — результат существующей уже много лет договоренности между наблюдателями разведывательных агентств. Нет поэтому оснований утверждать, что Авнер неправ, потому что подобные операции вообще не проводились.

Таубман в своей статье далее пишет, что те же официальные лица утверждали: «Месть» не является достоверным описанием операции. Кроме того, человека, соответствующего образу главного героя книги, в Мосаде не было».

Те же официальные лица, однако, не предлагали Таубману никакой альтернативной, более точной версии событий. Не распространялись они и на другую тему — не было ли в команде человека, похожего на Авнера, пусть на других ролях. Безоговорочное отрицание не может служить аргументом в споре. Тем более что сам факт организации группы, подобной группе Авнера, Израиль тоже отрицал. После того как Таубман провел свое независимое расследование, мы узнали, что израильская разведывательная организация в неофициальном порядке подтвердила заявление Авнера, что ударные отряды созданы были. В то же время те же источники отрицали (хоть и голословно) его утверждение, что он был участником миссии, деятельность которой он описал.

После критиков, которые с самого начала просто отказывались верить фактам, изложенным в «Мести», появилась другая группа критиков, отрицающая достоверность рассказа Авнера совсем по иным причинам. Они рассматривают появление книги как плохо, по их мнению, замаскированную пропаганду ЦРУ и Израиля и приходят в восторг, когда им удается на этом основании подвергать сомнению достоверность рассказа Авнера. Для этих критиков вполне типична статья Кэрол Корбейл, напечатанная в «Глоб энд Мейл» (Торонто). Она пишет: «То, что в «Мести» выдается за истину, на самом деле является не чем иным, как выражением пристрастия Джонаса к сомнительной политике Рейгана».

Перейти на страницу:

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
1917 год: русская государственность в эпоху смут, реформ и революций
1917 год: русская государственность в эпоху смут, реформ и революций

В монографии, приуроченной к столетнему юбилею Революции 1917 года, автор исследует один из наиболее актуальных в наши дни вопросов – роль в отечественной истории российской государственности, его эволюцию в период революционных потрясений. В монографии поднят вопрос об ответственности правящих слоёв за эффективность и устойчивость основ государства. На широком фактическом материале показана гибель традиционной для России монархической государственности, эволюция власти и гражданских институтов в условиях либерального эксперимента и, наконец, восстановление крепкого национального государства в результате мощного движения народных масс, которое, как это уже было в нашей истории в XVII веке, в Октябре 1917 года позволило предотвратить гибель страны. Автор подробно разбирает становление мобилизационного режима, возникшего на волне октябрьских событий, показывая как просчёты, так и успехи большевиков в стремлении укрепить революционную власть. Увенчанием проделанного отечественной государственностью сложного пути от крушения к возрождению автор называет принятие советской Конституции 1918 года.В формате a4.pdf сохранен издательский макет.

Димитрий Олегович Чураков

История / Образование и наука