Читаем Месть полностью

— Меня зовут Оттиль Пеншоу, и с прессой я не имею ничего общего. — С этими словами он непринужденно опустился в кресло напротив арбитра Дальта. — Завтра у вас слушание по делу «Куни-банк» против «Эттилии Гаргантир» и других. Надеюсь, вы не сочтете неуместным, если я осмелюсь кое-что с вами обсудить, касающееся этого дела?

Арбитр Дальт, глядя изучающе на Оттиля Пеншоу, увидел перед собой человека еще хоть и несколько молодого, но достаточно уже зрелого. От его внимания не ускользнули подвижные, умные глаза и приветливое, располагающее выражение лица.

Пеншоу выдержал сверлящий взгляд арбитра, нисколько не изменившись в лице и сохранив всю первоначальную уверенность в себе. Удовлетворившись осмотром собеседника, арбитр Дальт соизволил спросить:

— А какое, собственно, вы имеете отношение к данному делу?

— В определенном смысле я тоже являюсь заинтересованной стороной, поскольку тесно связан с ответчиком, но прибыл я сюда, естественно, вовсе не для того, чтобы докучать вам, а в связи с некоторой неординарностью рассматриваемого вами дела. А неординарность эта заключается в том, что не обо всех нюансах этого дела можно говорить официально, а как раз вот эти-то нюансы и могут пролить определенный свет, позволив вам составить более ясное представление рассматриваемого вопроса, придать цельность общей картине дела.

Веки арбитра лениво опустились, лицо стало еще более отрешенным, чем обычно.

— Меня не интересуют какие-либо мнения, высказанные в неофициальном порядке.

— Об этом не может быть и речи. Заверяю вас в том, что хочу только представить на ваше рассмотрение кое-какую сугубо конфиденциальную информацию о таких фактах, которые сами по себе являются подсудными деяниями вне связи с рассматриваемым вами делом.

— Ну что ж, говорите.

— Благодарю вас, сэр. Начну с того, что я представляю владельцев «Эттилии Гаргантир». Корабль арендован торгово-транзитной фирмой «Гектор», являющейся дочерним предприятием компании «Котзиш», которая в свою очередь представляет из себя акционерное общество взаимного доверия, директором-распорядителем которого является ваш покорный слуга. Все, на первый взгляд, в полном ажуре, но вот здесь-то нас и поджидает подвох подлинным владельцем корабля является некий Ленс Ларк. Это имя вам говорит о чем-нибудь?

— Разумеется. Это крупный преступник, пользующийся крайне дурной славой.

— Совершенно верно. И он, естественно, категорически против того, чтобы предстать перед веганским судом и идентифицировать себя. Подобное для него совершенно невообразимо. Исходя из этого я предлагаю, чтобы вместо его показаний, то есть показаний Ленса Ларка, к рассмотрению были приняты мои показания, поскольку именно я являюсь фактическим распорядителем собственности, проходящей по рассматриваемому вами делу.

На мертвенно-бледном лице арбитра Дальта не дрогнул ни один мускул, только чуть-чуть затрепетала синяя жилка у виска.

— Во время предварительного слушания я постановил, что к рассмотрению будут приняты только свидетельские показания подлинного владельца корабля на тот момент времени, когда было совершено правонарушение, на которое в своем заявлении ссылается истец. Я не усматриваю каких-либо причин для пересмотра вынесенного мною судебного постановления. Особый статус данного свидетеля не относится к сути дела и не может оказать влияния на выносимое судом окончательное решение.

— Складывается впечатление, — произнес Оттиль Пеншоу, едва сдерживая улыбку, — что ваша точка зрения по данному вопросу такова: если Ленс Ларк соизволит выступить со свидетельскими показаниями в веганских судах, то из этого вовсе не вытекает, что с ним будут обращаться как с преступником, по собственному желанию явившемуся с повинной. Я правильно вас понял, Ваша Светлость?

Арбитр Дальт впервые за все время беседы изогнул губы в некоем подобии улыбки.

— Совершенно верно. Слушание открывается завтра. Этот Ларк налицо и готов дать показания? Оттиль Пеншоу понизил голос.

— Наш разговор можно считать строго конфиденциальным?

— Я не могу взять на себя подобных обязательств.

— В таком случае ваш вопрос останется без ответа.

— Ваша осторожность позволяет мне предположить, что данное лицо действительно находится сейчас где-то поблизости.

— Давайте рассмотрим такой гипотетический случай. Будь Ленс Ларк сейчас налицо, вы бы согласились принять его свидетельские показания в закрытом судебном заседании?

Арбитр Дальт нахмурился.

— Я рассчитываю на то, что он действительно даст показания, чтобы ускорить рассмотрение дела, в любом исходе которого он, пожалуй, заинтересован больше, чем кто-либо еще. Общеизвестно, что он грабитель, палач и убийца. И вдруг такая нерешительность в даче каких-то всего лишь двух-трех лжесвидетельств? А ведь, может быть, ему и не придется давать лжесвидетельства, ибо удастся документально подтвердить данные им показания?

Оттиль Пеншоу еле слышно рассмеялся.