Читаем Message: Чусовая полностью

Логика промышленного развития требовала от горных заводов повышения качества продукции, её удешевления, увеличения её количества и модернизации производства. Если горные заводы не отвечали на запросы адекватно, их «скручивало» кризисом. Если отвечали — то «вываливались» из «цивилизации». В конце XIX века для «горнозаводской державы» железными вестниками Апокалипсиса явились заводы нового типа — Чусовской (1883 год) и Теплогорский (1884 год).

А стремительно капитализирующееся государство добивало строптивого и свирепого уральского барона. В 1861 году было отменено крепостное право. Заводы лишились подневольных работников. (Только по официальным, заниженным данным, их было больше 300 тысяч человек.) Теперь заводам приходилось общаться с каждым работником «лично». А горные заводы к этому не привыкли. «Онтологически» у них был иной уровень связи с Россией. Они высокомерно платили сразу государству и за всех и рабочую силу получали сразу всю и «массой». Деньги на горных заводах для жизни людей всегда имели только вспомогательное значение (не случайно же кое- где использовались «кожанки»). С рабочими горные заводы рассчитывались иначе: они платили за работу не деньгами, а правом жить на белом свете, допущенностью к почти бесплатной пище. А после 1861 года всё пришлось переводить «на деньги».

Людей, как обычно в России, обманули и обсчитали, а «горнозаводская цивилизация» измельчала смыслом. Власть горной администрации над населением была упразднена. Теперь заводчик не имел права решать, скажем, можно ли жениться Ивану на Марье или нельзя. Военно-судебные учреждения горного ведомства и горная полиция были упразднены. Ликвидировался и статус «горного города». Всё теперь решали общие для всех законы государства.