Читаем Мертвый вор полностью

Лаз вниз обнаружился именно там, где и сказал хранитель подземелья. Была нора столь узкой, что человек в доспехах едва ли сумел бы протиснуться в нее, да мне и без кольчуги удалось проделать это отнюдь не без труда.

Внизу оказалось на удивление холодно. Выставленные в два ряда саркофаги покрывала изморозь, по стенам и колоннам крипты расползлась белая корка наледи, а на полу лежал толстый слой инея. Голубоватый свет магических кристаллов нисколько не грел, светящиеся камни и сами покрылись наростами льда.

Я выломал один такой из ниши в стене, обколол с него наледь и обнаружил, что испускает холодное сияние не магический кристалл, а искусно выточенный из цельного куска хрусталя череп. Он как две капли воды походил на артефакт, с помощью которого мне удалось воскресить адепта смерти.

После недолгих колебаний я сунул череп в инвентарь и обратил свое внимание на усыпальницы. Те, за исключением одной, оказались разорены, их каменные крышки были разбиты, и всюду валялись разгрызенные кости. Но что интересно — возле каждой гробницы светился хрустальный череп, пустовала лишь стенная ниша рядом с саркофагом, избежавшим разорения.

Не иначе, именно отсюда выбрался адепт смерти, раз уж он прихватил с собой магический артефакт.

Я попытался сдвинуть каменную крышку нетронутой усыпальницы, но не сумел, а стоило лишь начать скалывать наледь рукоятью фламберга, как послышались тяжелые шаги. Мелькнула тень, и в дверях возникла темная фигура костяного голема. В каждой руке капитан стражи держал по изогнутому ятагану, голову его венчала зловещего вида корона с пятью хищными зубцами, больше напоминавшими кинжалы.

Голем прошелся меж гробниц, и я поспешно присел за саркофаг, когда же страшилище вернулось на свой пост, начал обламывать лед куда осторожней и тише прежнего. Потом навалился и сдвинул каменную плиту, но сдвинул совсем чуть-чуть, опасаясь установленных внутри ловушек.

Нет, все спокойно.

Через узкую щель содержимое саркофага разглядеть не получилось, и ничего не оставалось, кроме как сдвинуть каменную плиту немного вбок и скрепя сердце сунуть внутрь руку. Костяной крюк нашарить не удалось, вместо него выудил какой-то замысловатый золотой амулет.

Судя по звону, подобных вещиц внутри оставалось еще немало, доставать один трофей за другим я мог целый час. Пришлось, рискуя привлечь внимание стража скрежетом камня, повернуть крышку усыпальницы поперек.

Человеческих останков в саркофаге не обнаружилось, вместо них в гробницу накидали множество самых разнообразных амулетов. Интеллекта моего персонажа не хватало, чтобы разобраться в их свойствах, поэтому я без разбора сгреб всю добычу себе в инвентарь. Последним взял костяной крюк, обоюдоострый и украшенный сложной резьбой.

И немедленно выскочили системные сообщения:

Комплект Мертвеца: сохранен.

Какого дьявола?! Я открыл параметры хищно загнутого крюка и выругался от избытка чувств.

Урон: 2–4.

Особенность: при расширении раны урон увеличивается в геометрической прогрессии и приравнивается к поражению от магии душ.

Статус: уникальный.

В геометрической прогрессии? Черт! Да этим крюком ни один нормальный доспех не проткнуть! Что толку от той прогрессии? Ну и на кой черт мне эта безделушка в комплекте сдалась? Кого я ей потрошить буду?!

При этом рукоять курьезного оружия лежала в ладони весьма удобно и обычным хватом, и обратным. Правда, казалась неприятно теплой на ощупь. Крюк был словно живым, и я поспешил заткнуть его за пояс. В смысле, убрал во вторую оружейную ячейку. Не выбрасывать же. Еще задание выполнять. Да и комплект сохранился, зараза…

Я вновь вооружился фламбергом и увидел, что, хоть ржавчина с его клинка никуда не делась, к ней добавились вполне различимые руны, а рукоять изукрасило затейливое чернение. Улучшились в очередной раз и его характеристики.

Я прикинул, что к тому времени, когда соберу полный комплект Мертвеца, фламберг превратится в грозное оружие, способное за один удар сносить под четыре сотни очков жизней.

Неплохо. Если только остальные предметы в комплекте не окажутся подобной костяному крюку ерундой.

Но беспокоиться об этом сейчас точно не стоило, и я прокрался к выходу в соседнее помещение. По инею за мной протянулась цепочка следов, только это уже не играло никакой роли: я увидел цель. В противоположную стену оказался вморожен человек, глаза его были открыты и смотрели прямо на меня, словно могли разглядеть скрытое за пеленой невидимости.

Или и в самом деле могли?

Рядом с лестницей ворохнулась тень, встревоженный чем-то капитан стражи развернулся и обвел помещение пылающими глазницами. Не знаю почему, но я поспешно шагнул за колонну.

И там увидел Ее. Его. Это.