Читаем Мертвый мир полностью

Вы получаете Опыт + 360(5130/5800)

За победу над существом выше вас, более чем на 10 уровней, вы получаете:

Достижение «Победитель героев» +1 % (всего 31 %) к опыту при сражениях с соперниками выше вас по уровню.

Вы получаете опыт +200(5320/5800).

Как ни тянула меня жаба, сестра хомяка, за вторым подарком судьбы — разум и усталость победили. Терять целые сутки даже из-за такого вкусного куска халявного опыта я не рискнул. Вдруг, он уже успел окочуриться?

— На обратном пути сразу обеих запишем себе на счет!

— Зря когти растопыриваешь. Ты же убил его в месте, где он реснулся.

— И что с того?

— Люди-человеки, вы, что совсем ничего о дикой природе не знаете? Убивать животных в местах реснения категорически запрещено! Недаром у всех рас — такие места считаются заповедными или священными. И только у глупых орков и жадных людишек такое не возбраняется.

— В чем проблема? Никак не пойму.

— В том, что убитое в месте воскрешения животное здесь больше не возродится. Именно поэтому охота в радиусе трехсот метров вокруг таких мест запрещена.

— Что же — разумно. Иначе охотники убивали непрерывно свеже- реснувшееся животное в одном и том же месте. А так получается — убил один раз — навсегда лишаешься именно этого животного в этой местности.

— С другой стороны — враги могут уничтожить всех животных в округе и поставить племя на грань голода?

— На каждый хитрый рог — есть хомут с изгибом. Природа и об этом позаботилась. Животное не исчезает навсегда — место воскрешения случайно переносится на несколько километров. Так что не все они известны и священные — только для крупных особей или целых стад.

— Слишком мудреная система, наверняка обойти можно эти ограничения.

— А зачем? Только жадные и глупые орки убивают всё подряд. И люди, естественно.

— Тебе не понять прелести прокачки. Хотя есть любители, которые ради самого процесса охотятся. Из любви к искусству, так сказать. Не мешай, сейчас нас немножко стукнет током.

Вы получили Защита от электричества 2

Не знаю, зачем мне разряженные конденсаторы из зубра, но то, что они редкие и ценные заставляет переносить нежданную электротерапию.

Ужин при свечах и с шашлыками — что может быть прекраснее. Даже болтовня беса не раздражает, а умиляет.

— Нас утро встречает прохдадой, — вспомнился привязчивый мотивчик. С утра ощутимо подморозило. Даже снег теперь хрустит совершенно по другому — резко и скрипуче. Как будто трёшь пенопластом по стеклу. Опять появился морозный туман — признак того, что температура опустилась ниже пятидесяти градусов. Впрочем, цифра чисто умозрительная — градусника у меня нет.

В виду экстремального похолодания Собес переместился ко мне за пазуху, в тепло — для него снаружи слишком холодно.

Несомненный плюс — теперь я избавлен от его болтовни. Но и разведку пришлось свернуть, а значит и поиск добычи прекратился.

Закатывание губы стало моим дежурным упражнением в последние месяцы. Только настроишься порубить халявы — и тут же облом. Очень уж мне понравилось зубромодов заготавливать — два-три удара и можно тушку свежевать. Жизнь у промерзших животных едва теплиться — в прямом и переносном смысле.

Иногда бес высовывает нос наружу — сверяет направление движения. Пока ни разу не сбились с курса, что радует.

За весь день никаких событий. Лишь монотонная снежная мертвая пустыня, пусть даже и с деревьями. Такими же мертвыми и промороженными. Единственное движение — клубы тумана или изморози, медленно плывут в отсутствие ветра.

На психику такой пейзаж давит со страшной силой и выматывает сильнее, чем физическая усталость. Поэтому на ночевку становлюсь намного раньше обычного, почти сразу после полудня. Постройка иглу сегодня укладывается в рекордные три часа — среди эвенов меня даже не сразу закидают камнями, если увидят моё мастерство.

Костер категорически не хочет разгораться — сухие дрова я экономлю, а промерзшие ветки только трещат и дымят. Вместо шашлыков — лишь обугленное почти сырое внутри мясо зубра. Впрочем вполне съедобное, с приправами и пресными лепешками. Бес блаженствует, сожрав единичку манны. И что странно — тоже болтать не настроен.

Но у меня свежая идея в голове, и её надо срочно проверить:

— Бес, ты не спишь?

— Мы не нуждаемся в ежедневном анабиозе. Это прерогатива низших существ и рас

— Ага. Именно поэтому вы служите людям, а не наоборот? Потому что высшая раса?

— Люди хитры и изобретательны, поэтому честные и прямодушные создания инферно попадают к вам в рабство.

— Ну, насмешил. Честные и прямодушные. Тебе только сказки писать… Для не умеющих читать, слепоглухих зомби. Вот они с тобой согласятся. Ладно, не о высших расах речь. Наоборот, вернемся к нашим баранам.

— Что есть такое — баран? Животное? Разумное?

— Не важно. Есть бараны даже среди разумных, я хотел спросить о гоблинах. Наверняка, ты о них почти всё знаешь — столько лет рядом с ними провел.

— Болото — это как река, только лучше. В переводе с гоблинского — ты прав, говоря очевидные вещи, кэп.