Читаем Мерси, камарад! полностью

2 VII. Город сдан. Наши части оставили город Бобруйск и отошли на заранее подготовленные позиции.

3 VII. В районе населенного пункта Осиповичи и в среднем течении реки Березина наши дивизии ведут ожесточенные бои с противником, стремящимся прорваться к Минску. Ожесточенные бои ведутся вокруг города Полоцк.

4 VII. Советские танковые части ворвались в Минск и успешно продвигаются на запад.

5 VII. С целью выравнивания линии фронта наши войска оставили город Ковель. Идут ожесточенные бои за город Молодечно.

7 VII. В районе населенного пункта Барановичи нашими войсками остановлены наступающие части противника, поддержанные танками.

8 VII. В ходе оборонительных боев частям противника нанесен большой урон в живой силе и технике. Наши части также понесли значительные потери… Противник наращивает удар на Вильнюс.

9 VII. В районе западнее Барановичей и Молодечно идет перегруппировка наших сил».

— Ну и как? — спросил Рорбек.

— Никогда раньше в сводках вермахта не сообщалось о том, что мы день за днем отходим. А русские предприняли новое крупное наступление на широком фронте и проводят его в чрезвычайно быстром темпе.

— Как только это возможно…

— Двадцать третьего июня русские наступали на Витебск, а буквально на следующий день это наступление разрослось до таких размеров, что велось уже на фронте шириной сто шестьдесят километров. Двадцать шестого числа Витебск был взят русскими, а днем позже — Могилев. А двадцать восьмого июня русские войска прорвали вторую линию нашей обороны на Днепре на участке шириной сто двадцать километров. Двадцать девятого июня русские предприняли штурм Бобруйска и в последний день месяца вышли к Березине, а в сводке говорится, что «нашими войсками остановлены наступающие части противника»! — выпалил Тиль.

— Мы повсюду едва-едва держимся.

Тиль согласно кивнул и, отдав сводку Рорбеку, вышел из помещения.

Рорбек через крохотное оконце смотрел лейтенанту вслед, пока его фигура не растворилась в завесе дождя.

Постепенно мысли об этой ненужной войне вытеснились из его головы не менее тревожными мыслями о Мартине… Он взял листок бумаги, чтобы написать письмо.