Ты не установила засов на заднюю дверь. Может быть, ты собиралась, но была слишком занята переездом; или, может быть, ты просто чувствовала себя немного безопаснее на новом месте, так что это, казалось, не имело значения. Ты была бы права насчет последней части. Это не имеет значения - больше не имеет.

Когда я вошел, на кухне было темно, но у тебя были включены свет и телевизор в гостиной. На столешнице рядом с раковиной также был разделочный нож, но я оставила его там, где он был.

У меня было свое собственное, о чем вы, вероятно, уже знали обо мне, если читали другие мои электронные письма.

Я ждал на кухне столько, сколько мог вынести, слушая тебя и твою компанию. Я не мог точно расслышать, что вы говорили друг другу, но мне понравилось звучание ваших голосов. Мне даже нравилось знать, что я буду последним человеком, который когда-либо услышит их.

Затем нервозность начала возвращаться. Сначала это было совсем немного, но я знал, что станет хуже, если я буду ждать дольше.

Я мог бы уйти из квартиры прямо тогда, если бы захотел, и ты бы даже никогда не узнал, что я там был.

В этом ты похожа на других. Кажется, никто не знает, что я рядом, пока не придет их время. Женщина-Невидимка, это я. На самом деле нас много.

Когда я вальсировал в гостиную, вы оба одновременно вскочили. Я убедился, что ты увидела пистолет, и после этого ты оставалась неподвижной. Я хотел спросить, знаешь ли ты, почему я пришел к тебе, почему ты заслуживаешь смерти, но я боялся, что не закончу, если не сделаю этого сразу.

Я нажал на курок, и ты упала навзничь. Твой сосед по комнате завизжал; затем он бросился бежать. Я не мог представить, куда он собирался убежать.

Я выстрелил в него, и я думаю, что он, возможно, умер сразу. Вы оба, казалось, просто умерли. В тебе не так много борьбы, особенно учитывая, какой ты надменный, противный маленький человечек.

Прощай, Арнольд. Ты ушел, и знаешь, что еще? О тебе уже забыли.

Мэри, Мэри

<p>Глава 74</p>

РАССКАЗЧИК ДОЛЖЕН БЫЛ ОСТАНОВИТЬ поток убийств сейчас. Он знал это; это было частью плана, и план был хорошим. Какая жалость, однако, какой позор. Он просто преуспевал в этом, а он уже давно ни в чем не был хорош.

В любом случае, поздравления были уместны. Хвала ему была по всему телевидению и, конечно, в газетах. Особенно "Лос-Анджелес Таймс", которая сделала из этого куска дерьма Арнольда Гринера такого святого и мученика. Все признали шедевр Рассказчика - только это было намного лучше, чем они думали, и он действительно хотел отпраздновать, только по-прежнему не было никого, кому он мог бы рассказать. Он попробовал это вторжение, и посмотри, что получилось. Ему пришлось убить друга, ну, знакомого, своего старого шалтая-маше. Так как бы он отпраздновал? Арнольд Гринер был мертв, и это иногда заставляло его громко смеяться. Ирония нарастала, в том числе и некоторые тонкие, вроде того, что Гринер получал его электронные письма, затем был его посыльным в полиции, затем сам получал это в реальной жизни - в отличие от того, что было написано в последнем электронном письме - маленький засранец умолял сохранить ему жизнь, когда увидел, кто это был, когда он наконец понял, что сделало его убийство еще более приятным. Черт возьми, он не убил Гринера и его спутницу сразу, это заняло почти час, и он наслаждался каждой минутой мелодрамы.

Так что бы он сделал сейчас?

Он хотел повеселиться, но на самом деле не было никого, с кем он мог бы поговорить об этом. Ого, у него никого не было.

Тогда он точно знал, что хочет делать, и это было так просто. Он в любом случае был в Вествуде, поэтому припарковался на стоянке и пошел пешком к удивительно безвкусному театру Bruin, где играли "Коллатерал". Том Круз, о, хорошо.

Он хотел пойти в кино.

Он хотел сидеть со своими людьми и смотреть, как Том Круз притворяется большим, плохим убийцей без всякой совести или сожалений.

Ох, мне страшно, Том.

Мэри, Мэри

<p>Глава 75</p>

“МИСТЕР ТРАСКОТТ ЗВОНИЛ тебе. Он сказал, что хотел бы взять интервью. Сказал, что это важно. Что он придет к вам домой, если вы хотите. Он интересовался, получили ли вы его заметки о женщинах в камере смертников”

Я нахмурился и покачал головой. “Игнорируй Траскотта. Что-нибудь еще произошло, пока меня не было?”

“Деймон сказал тебе, что он и его друг расстались?” Нана тихо спросила меня: “Ты вообще знала, что у него была девушка?”

Мы сидели на кухне в тот субботний день, в мой первый день возвращения. Я оглядел гостиную, чтобы убедиться, что мы все еще одни.

“Это та девушка, с которой он так много разговаривал по телефону?” Спросила я.

“Ну, больше нет”, - сказала она. “Я уверена, что это к лучшему. Он слишком молод для всего этого”.

Она встала, напевая “Джошуа подходит для битвы при Иерихоне”, и переключила свое внимание на горшочек чили, который готовился на плите.

Меня отвлек сам чили и тот факт, что она использовала фарш из индейки вместо обычной говядины или свинины. Возможно, Кайла Коулз сотворила какое-то волшебство и, наконец, заставила Нану заняться чем-то новым, чтобы позаботиться о себе. Хорошо для Кайлы.