Про латыша Берзина Кирилл узнал, воюя в августе 1918-го под Казанью против белочехов и колчаковцев. Берзин командовал Северо-Урало-Сибирским фронтом и затем 3-й Красной армией на Восточном фронте. Говорили, что он прапорщик царской армии, участник Первой мировой войны. Когда в России вспыхнула революция, он встал в ее ряды. Был одним из руководителей боевых операций против белопольского корпуса Довбор-Мусницкого. После Октября — главнокомандующий Западным революционным фронтом.

В штабе фронта прибывших слушателей академии принял начштаба Н.Н. Петин. В течение часа он подробно обрисовал им обстановку на фронте и сообщил, что все они будут служить в 1-й Конной армии. Слава об этой армии в то время гремела уже по всей стране. Имя командира ее, Семена Буденного, было у всех на слуху. О том, как он громил белые войска Краснова, Богаевского, Мамонтова, Шатилова, Врангеля, Шкуро, Сидорина, Улагая, Покровского и других казачьих атаманов и деникинских генералов, слагались легенды.

Кирилл, как и его коллеги-«академики», посчитал для себя большой честью служить в Конармии Буденного. Не терпелось поскорее влиться в этот овеянный боевой славой воинский коллектив. Но, прежде чем попасть в части 1-й Конной, им предстояли встречи и беседы в штабе фронта с командующим и членами Реввоенсовета.

Комфронта Александр Ильич Егоров тепло напутствовал молодых генштабистов, пожелал им достойно проявить себя в боевых условиях, но вместе с тем поберечься от вражеских пуль и сабель.

Из членов РВС на месте был Сталин, Берзин находился в войсках. В комнате Сталина беседовали дольше, чем у командующего фронтом. «Мы сидели и отвечали на вопросы, — вспоминал потом Мерецков, — а член Реввоенсовета фронта ходил, покручивая в руках трубку, неторопливо задавал нам вопросы, выслушивал ответы и снова спрашивал. Сотни раз с тех пор беседовал я со Сталиным и в похожей, и в иной обстановке, но, конечно, в тот момент я не мог и подумать, что наступит время, когда мне доведется в качестве начальника Генштаба, заместителя наркома обороны и командующего фронтами разговаривать с этим же человеком — Генеральным секретарем ЦК нашей партии, председателем Совета народных комиссаров и Верховным главнокомандующим! Однажды, уже после Великой Отечественной войны, Сталин спросил меня: "Товарищ Мерецков, а с какого времени мы, собственно говоря, знакомы?" Я напомнил ему о поезде Москва — Харьков и о майской беседе в 1920 году. Сталин долго смеялся, слушая, как я тогда удивился, что первый вопрос, который он задал группе генштабистов, касался того, знакомы ли мы с лошадьми».

Действительно, во время беседы с «академиками» Сталин спросил их:

— А умеете вы обращаться с лошадьми?

— Мы все прошли кавалерийскую подготовку, товарищ член Реввоенсовета, — ответил один из «академиков».

— Следовательно, знаете, с какой ноги влезают в седло?

— А это кому как удобнее! Чудаки встречаются всюду.

— А умеете перед седловкой выбивать кулаком воздух из брюха лошади, чтобы она не надувала живот, не обманывала всадника, затягивающего подпругу?

На этот раз не очень уверенно ответил Кирилл Мерецков:

— Вроде бы умеем.

— Учтите, товарищи, речь идет о серьезных вещах. Тому, кто не знает, как пахнет лошадь, в Конармии нечего делать!

Дальше Сталин заговорил уже непосредственно о том, чего ждут от слушателей академии в боевых частях. Там со штабным делом не очень-то гладко: нет специалистов в этом вопросе.

— Поэтому вас туда и посылаем. Необходимо срочно укрепить штабы 1-й Конной армии, — сказал в заключение Сталин.

Конармия

Что представляла собой на то время 1-я Конная армия? Это было мощное войсковое объединение красной кавалерии. По предложению РВС Южного фронта в ноябре 1919 года Реввоенсовет республики принял решение об образовании на базе трех дивизий (4, 6 и 11-й) 1-го конного корпуса Будённого маневренной армии. В апреле 1920-го в 1-ю Конную были включены 14-я и 2-я имени Блинова кавказские дивизии, Отдельная кавказская бригада особого назначения, автобронеотряд имени Я.М. Свердлова, бронепоезда, авиагруппа. Итого в ней имелось личного состава общей численностью до 17 тысяч человек, 48 орудий, 6 бронепоездов и 12 самолетов.

Конармия предназначалась для решения крупных оперативно-стратегических задач.

Так, в 1919 году 1-я Конная участвовала в Воронежско-Касторненской операции и нанесла тяжелые поражения белогвардейской коннице. Затем сыграла решающую роль в Донбасской операции. В январе 1920 года она совместно с войсками 8-й армии очистила от белых Таганрог и Ростов-на-Дону. Потом, измотанная длительным наступлением и тяжелыми боями, потерпела поражение от белогвардейских корпусов генералов Павлова и Топоркова и отступила за Дон. В феврале 1920-го совместно с тремя приданными ей стрелковыми дивизиями участвовала в Егорлыкской операции, в ходе которой были разгромлены 1-й Кубанский пехотный корпус генерала Крыжановского, конные группы Павлова и Денисова.