Читаем Мера человек полностью

«Я думаю, что это была проверка. Если бы ты сказал Абсолюту „да“, то он бы не принял сделку. Ведь сильная воля не отдаст свободу никому!»

Куча вопросов роились в голове, и я не сразу даже понял, что это мысли вполне себе живого человека. Да и голос, отвечающий на них, уж очень знаком.

Для Чистилища я слишком хорошо чувствую своё тело.

— Долго будешь лежать, третий перст? — произнёс чужой, усталый голос.

Правда, этих голосов в моей голове в последнее время столько, что они меня уже не удивляют. Но вот третий перст…

«Да, Марк, третий.»

Я открыл глаза.

Лежу на берегу озера, под кронами деревьев. Уже не ночь, а предрассветные сумерки.

Рядом сидит ангел. Вернее, то, что от него осталось.

Мокрые крылья безвольно опущены, распластаны по земле, а лицо осунулось так, что было жалко смотреть. Кожа натянулась на скулах и челюстях, глаза запали… Лишь слабый золотистый свет ещё горел в глазах, как затухающее пламя свечи.

«Тадиэль, улетай, прошу тебя!»

Я догадался, вспоминая, что делал Инфериор с бесами. С ангелом происходило то же самое, если магия Абсолюта не поддерживала жизнь.

— Не те времена, Огненная. Ох… сейчас Каэлю нужны наши… жизни. По-другому его не вернуть, — голос ангела слабел.

«Но там, сверху, от тебя будет больше пользы.»

— Ты не видишь всей картины.

Я пытался привести мысли в порядок. Да, я действительно третий перст — столб духа отлично показывал мне это. Третья мера, третья ступень.

Быстрый осмотр тела показал, что всё цело. Я двинул рукой, ногой, потом сел. Протёр ладонями лицо.

Нулячья твоя мера, во что превратились мои доспехи? Всё рваное, от кольчуги не осталось и следа. Ноги босые. Перчатка так вообще куда-то делась, пара лоскутов осталась — Керт меня убьёт, это же было с его парадного костюма.

К счастью, мой талисман на груди пережил все приключения. Но я опять был почётным бомжом Инфериора. Когда уже найду достойное облачение?

А ещё рядом лежал сильверитовый клинок. Ну, хоть с этим куском металла ничего не случилось. Я машинально опустил ладонь на рукоять, оглянулся — враги могут быть в лесу.

— Никого там нет. Много времени прошло, все поднялись в Медос и Целесту, — успокоил меня названный Тадиэлем.

— Ты вытащил меня? — хрипло спросил я.

Тот вздохнул. Из его груди вырвался сиплый свист.

— Не каждый день я спасаю демонов.

Я сразу интуитивно поискал в душе Белиара. Он пока был в отключке.

— Кто ты?

— Обычный страж, ангел из Медоса.

— Обычный? А что, есть необычные?

— Там, наверху, своя иерархия.

«Ты давно должен был стать архангелом, Тадиэль.»

Тот усмехнулся.

— Быть может, если бы стал, сегодня я бы сражался на стороне Бездны?

— Ты был верен Каэлю? — спросил я.

— Я и сейчас верен.

— Но… — я замялся, — Он же был двуликим?

«Так это правда?» — Хали в душе удивилась.

— Мы сами в это не верили, — тяжко ответил Тадиэль, — Но, да…

Я сжал покрепче меч. Не поймёшь, кто враг, кто друг.

— Можешь убить меня, сильная воля, — Тадиэль покачал головой, — Но сам Каэль не был врагом. Он — не предатель.

Мои брови подпрыгнули. А ведь Абсолют сказал так же.

— То есть, не предатель?

У меня в голове всё смешалось. Двуликие, дьявол и бог в одном лице, вся эта путаница в том, что происходит в Инфериоре.

И вдруг — он не предатель. Когда Каэль говорил со мной через алтарь, он чётко намекал, что не рад мне.

— Каэль — пленник, — ангел сгорбился, опёрся ладонями об землю.

— Кто же может пленить бога? — спросил я.

— Разве ты не видел, на что способна та магия? — Тадиэль чуть кивнул назад, каждое усилие давалось ему с трудом.

«Улетай, прошу тебя.»

— Поздно, Огненная, сил уже нет.

«Верный мой соратник, прошу…»

— До сегодняшнего дня твой бог был вполне свободен, — намекнул я.

— У Эзекаила было слово нашего бога. Наверняка, была и кровь.

«Разве этого достаточно?»

— Я не знаю. Господин наш Каэль был странным в последнее время, ох… Сам на себя не похож… эти странные приказы.

Я усмехнулся. Помнится, Белиар говорил про дьявола в Тенебре, что тот тоже двуликий.

Быть может, отсюда растут ноги всего этого?

«О, Небеса, срочно нужно поговорить с демоном.» — Хали заволновалась, едва прочитала мои мысли.

— Господин наш Каэль как-то обмолвился… — Тадиэль говорил уже едва слышным шёпотом, — Что его сжигает вина, вечный грех.

«Вина? О, Небо, перед кем мог быть виноват Каэль?»

— Не знаю, — покачал головой ангел, — Но река Слеза Каэля… не просто так названа.

Он стал опускать голову всё ниже и ниже, горбясь сильнее. Я непроизвольно схватил его.

«Тадиэль! Нет!»

Из последних сил ангел вдруг уцепился за мою руку с клинком и заглянул в глаза.

— Мне нечего тебе дать, сильная воля… Избранный. Но возьми хотя бы мой дух.

«Нет!»