Читаем Менжинский полностью

Менжинский слушал не перебивая, а затем спросил:

— Так с чем же вы приехали ко мне?

— Выслушал меня Владимир Ильич и говорит: «Вот поезжайте на Мойку и привезите мне Менжинского. Надо успеть получить деньги сегодня же». Затем взял листок бумаги, быстро написал и подает мне. «Передайте, — говорит, — Менжинскому». Вот эта записка.

Развернув сложенную вдвое четвертушку бумаги, Менжинский прочел: «Сим уполномочен Семенов привезти в революционный Комитет комиссара Менжинского. Член ВРК Ленин».

Когда Менжинский и Семенов приехали в Смольный, Владимир Ильич был уже на первом этаже на заседании Военно-революционного комитета. Менжинский прошел в комнату, где заседал ВРК, подошел к Ленину и протянул ему записку, присланную с Семеновым.

Владимир Ильич, не сказав ни слова, взял листок бумаги и написал на нем: «Немедленно выдать т. Семенову 500 тысяч рублей для раздачи жалования рабочим завода «Эриксон».

Семенов в своих воспоминаниях не сообщает, поехал ли с ним Менжинский в Госбанк или остался в Смольном. Не пишет он и о том, удалось ли ему получить деньги в тот же день.

Зачем же Ленин в тот день вызывал Менжинского в Смольный? Только ли за тем, чтобы лично отдать Менжинскому, ведавшему в Военно-революционном комитете финансовыми делами, распоряжение о выдаче полумиллиона рублей на зарплату рабочим? Вряд ли.

Е. Городецкий в книге «Рождение Советского государства» пишет, что «вероятнее всего, В. И. Ленин вызвал Менжинского именно для того, чтобы ускорить формирование советских финансовых органов». В примечании к цитированной выше записке Ленина, направленной к Менжинскому с Семеновым, в журнале «Исторический архив» № 5 за 1957 год говорится, что Менжинский был вызван в Смольный, по-видимому, в связи с формированием правительства.

И в том и в другом случае говорится «по-видимому».

А если не по-видимому, а в точности: зачем Ленин вызвал Менжинского 26 октября в Смольный? Есть ли другие доказательства, что Ленин вызвал Менжинского в связи с формированием первого Советского правительства? Да, есть.

Во-первых, сам факт вызова Менжинского в Смольный в перерыв между утренним и вечерним заседаниями съезда: «Надо успеть получить деньги сегодня же», — сказал Ленин Семенову, направляя его к Менжинскому. «Немедленно выдать т. Семенову 500 тысяч», — пишет Ленин в записке Мепжинскому. А банк тогда выдавал деньги до часу!

Между утренним и вечерним заседаниями съезда в ЦК вторично обсуждался вопрос о создании и составе Советского правительства. Первый раз этот вопрос обсуждался 24 октября. 25 октября Менжинского ВРК назначил комиссаром при Министерстве финансов, «…привезти в революционный Комитет комиссара Менжинского», — пишет Ленин в записке, подписывая ее «член ВРК Ленин». И та и другая записка написаны, несомненно, до образования Совнаркома.

Во-вторых, есть прямое свидетельство Г. Ломова. (Оппокова), который описывает, как Лепил формировал правительство и разговаривал на эту тему с Менжинским.

«Как происходило формирование новой власти, нового правительства? — пишет Г. Ломов. — Наше положение было трудным до чрезвычайности. Среди нас было много прекраснейших высококвалифицированных работников, было много преданнейших революционеров, исколесивших Россию по всем направлениям, в кандалах прошедших от Петербурга, Варшавы, Москвы, весь крестный путь до Якутии и Верхоянска, но всем нам надо было еще учиться управлять государством… Мы знали, где [в какой тюрьме] — бьют, как бьют, где и как сажают в карцер, но мы не умели управлять государством и не были знакомы ни с банковской техникой, ни с работой министерства.

Я помню одну сцену, живо врезавшуюся мне в память. В далеком коридоре Смольного, на втором этаже, в полумраке, т. Ленин поймал очередную свою жертву? — кажется, это был Менжинский. Ленин прочно ухватил Менжинского за пуговицу и, несмотря на все его попытки выскользнуть, не упускал от себя. Ленин напирал на то, чтобы Менжинский был немедленно назначен народным комиссаром финансов».

В этом воспоминании Ломова, народного комиссара юстиции в первом Советском правительстве, обращает на себя внимание прежде всего то, что он говорит о немедленном назначении Менжинского народным комиссаром. Следовательно, этот разговор Ленина с Менжинским мог быть только до вечернего заседания съезда, на котором было образовано правительство и народным комиссаром финансов был утвержден И. И. Скворцов-Степанов, то есть этот разговор Ломов мог наблюдать днем 26 октября, когда Менжинский был вызван через Семенова в Смольный.

И Ломов и Луначарский в своих воспоминаниях пишут, что желающих попасть в наркомы было немного, боялись, что не справятся с работой. По той же, вероятно, причине отказывался «попасть в наркомы» и Менжинский, хотя, по свидетельству Ломова, Ленин и «напирал» на на него.

26 октября Менжинский присутствовал на вечернем заседании II съезда Советов, которое открылось в 9 часов.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

100 великих казаков
100 великих казаков

Книга военного историка и писателя А. В. Шишова повествует о жизни и деяниях ста великих казаков, наиболее выдающихся представителей казачества за всю историю нашего Отечества — от легендарного Ильи Муромца до писателя Михаила Шолохова. Казачество — уникальное военно-служилое сословие, внёсшее огромный вклад в становление Московской Руси и Российской империи. Это сообщество вольных людей, создававшееся столетиями, выдвинуло из своей среды прославленных землепроходцев и военачальников, бунтарей и иерархов православной церкви, исследователей и писателей. Впечатляет даже перечень казачьих войск и формирований: донское и запорожское, яицкое (уральское) и терское, украинское реестровое и кавказское линейное, волжское и астраханское, черноморское и бугское, оренбургское и кубанское, сибирское и якутское, забайкальское и амурское, семиреченское и уссурийское…

Алексей Васильевич Шишов

Биографии и Мемуары / Энциклопедии / Документальное / Словари и Энциклопедии
Сталин
Сталин

Главная книга о Сталине, разошедшаяся миллионными тиражами и переведенная на десятки языков. Лучшая биография величайшего диктатора XX века, написанная с антисталинских позиций, но при этом сохраняющая историческую объективность. Сын «врагов народа» (его отец был расстрелян, а мать умерла в ссылке), Д.А. Волкогонов не опустился до сведения личных счетов, сохранив профессиональную беспристрастность и создав не политическую агитку, а энциклопедически полное исследование феномена Вождя – не однодневку, а книгу на все времена.От Октябрьского «спазма» 1917 Года и ожесточенной борьбы за ленинское наследство до коллективизации, индустриализации и Большого Террора, от катастрофического начала войны до Великой Победы, от становления Свехдержавы до смерти «кремлевского горца» и разоблачения «культа личности» – этот фундаментальный труд восстанавливает подлинную историю грандиозной, героической и кровавой эпохи во всем ее ужасе и величии, воздавая должное И.В. Сталину и вынося его огромные свершения и чудовищные преступления на суд потомков.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Потемкин
Потемкин

Его называли гением и узурпатором, блестящим администратором и обманщиком, создателем «потемкинских деревень». Екатерина II писала о нем как о «настоящем дворянине», «великом человеке», не выполнившем и половину задуманного. Первая отечественная научная биография светлейшего князя Потемкина-Таврического, тайного мужа императрицы, создана на основе многолетних архивных разысканий автора. От аналогов ее отличают глубокое раскрытие эпохи, ориентация на документ, а не на исторические анекдоты, яркий стиль. Окунувшись на страницах книги в блестящий мир «золотого века» Екатерины Великой, став свидетелем придворных интриг и тайных дипломатических столкновений, захватывающих любовных историй и кровавых битв Второй русско-турецкой войны, читатель сможет сам сделать вывод о том, кем же был «великолепный князь Тавриды», злым гением, как называли его враги, или великим государственным мужем.    

Ольга Игоревна Елисеева , Наталья Юрьевна Болотина , Саймон Джонатан Себаг Монтефиоре , Саймон Джонатан Себаг-Монтефиоре

Биографии и Мемуары / История / Проза / Историческая проза / Образование и наука